Ее слова словно пощечина.

Вот почему Ви сказала мне спросить маму.

Потому что она и мистер Холл разрушили ее мечты.

– Подожди, они думают, что Ви обнародовала признания? – я в ярости.

– Ага. И создала группу в Facebook[25].

– Какого хрена они так думают? – шиплю я.

– Потому что так им сказала твоя подружка. Бри разыграла из себя жертву. Сказала, что слышала, как Ви говорила об этом и чуть не сломала ей нос, чтобы заткнуть ее.

Неконтролируемый гнев сгущается у меня внутри.

Гребаная сука.

Ее родители должны платить ежегодный штраф за то, что заделали ее.

– Она должна была сказать им, что это был я, – бормочу я.

– Я сотню раз говорила ей это, но она не слушает. По какой-то гребаной причине она любит тебя. И она лучше потеряет все, чем выдаст тебя, – Диа с ненавистью усмехается, испепеляя меня взглядом.

– Честно говоря, я даже не вижу, что тут стоит спасать. – С этими словами Диа обходит меня и направляется к двери. Это все еще не объясняет, о чем был тот звонок.

– О чем вы говорили по телефону? – донимаю я.

– Мечтай. Я и так уже слишком много тебе рассказала. – Диа продолжает идти и берется за дверную ручку.

– Диа, я… я чертовски люблю ее.

Мне почти неловко оттого, как жалко я звучу. Как слабо. Как зависимо. Диа замирает, тщательно обдумывая свой следующий шаг, и поворачивается ко мне.

– Жаль, что ты не сможешь сказать ей об этом.

Страх окутывает меня.