В прошлом социальные изменения толковались в рамках рационального консенсуса и объективных суждений, маргинализируя отдельные субъективные позиции. Это привело к возникновению представлений о «традиционном» и «современном» обществах. В первом коллективные интересы преобладают над индивидуальными целями, а ценности, сформулированные и продиктованные обществом, определяют межличностные отношения. Во втором случае преобладает набор общепринятых ценностей, и отношения скорее распространяются, а не устанавливаются в рамках четких правил. В этом контексте прямолинейное сравнение темпов роста ВВП в XXI в. не может служить определяющей характеристикой модели развития, а размер ВВП больше не является основным фактором, определяющим место актора в глобальной экономической иерархии.

Помимо наделения акторов новыми возможностями проецирования силы – будь то в экономической или военной сфере – мегатренд альтернативной энергетики может послужить катализатором трансформации парадигм институционального и социального порядка, что, в свою очередь, определит баланс между существующими и формирующимися гегемонами. Альтернативная энергетика может стать характерным элементом новых процессов модернизации, с помощью которых крупные державы могут влиять на других. В существующей парадигме модернизации менее развитые и так называемые традиционные общества имеют более низкий потенциал роста из-за системы правил и обязательств, которые препятствуют развитию науки, технологий, предпринимательства и готовности к риску. Напротив, современные общества лучше развиваются за счет индивидуальных решений, которые в итоге приносят пользу обществу в целом. Для того чтобы модернизироваться, традиционным или менее развитым обществам необходимо создать критическую массу промышленной и финансовой инфраструктуры, сильные и независимые институты, базу знаний, уровень потребления, выходящий за рамки основных товаров, и экономическую структуру, ориентированную на инвестирование избыточного богатства с целью стимулирования дальнейшего экономического роста. Таким образом, процесс модернизации представляет собой набор структурных и поведенческих преобразований, которые должны происходить в определенном порядке, чтобы обеспечить основу для движения вверх[676].

Развитие мегатренда предполагает, что государственное управление в сфере экономики и подходы к секьюритизации будут влиять на вопросы национальной безопасности, такие как оборона, энергетика и окружающая среда. Мегатренд показывает, что взаимосвязанность событий и тенденций в глобализированной экономике означает не только то, что негативные результаты будут иметь непредвиденные последствия, но и то, что эти последствия могут обернуться благоприятными результатами. Приспосабливаясь к требованиям глобально секьюритизированного мира, в котором уязвимости носят повсеместный характер, государствам придется расставлять приоритеты и сосредоточиваться на конкретных экономических угрозах, а не стремиться смягчать все угрозы подряд[677].