Рис.229.
Сравнение русского сюжета с античным ясно показывает, что речь идет об одном и том же событии. Это — два дубликата. В античной версии русский волшебник Хаур назван Антеем.
• ГЕРАКЛ ОДЕТ В ЛЬВИНУЮ ШКУРУ, А НЕБОСЛАВ ОДЕТ В МЕДВЕЖЬЮ ШКУРУ. — Шкура убитого Гераклом Немейского Льва (это был его первый подвиг) стала неотъемлемым атрибутом Геракла. Многие живописцы и скульпторы изображали Геракла с накинутой на него львиной шкурой.
— Аналогично, князь Небослав, побеждая лютого волшебного пса, был одет в замечательную медвежью шкуру, предохранившую его от укусов чудовища. Старец-предсказатель посоветовал Небославу: «Это будет твой последний подвиг. Ты совершишь его благополучно, только надень на себя сверх лат твоих мою медвежью кожу, которой окутывался в своей старости князь Зонар. До меня дошла она по наследству... Она укротит ярость его, и яд, текущий из его зева, учинит безвредным», Часть 4, с.724-725.
• ГЕРАКЛ У ЦАРИЦЫ ОМФАЛЫ В «ЖЕНСКОМ РАБСТВЕ» И НЕБОСЛАВ У КНЯЖНЫ ВОЛИ НА «ЖЕНСКИХ ВЕЧЕРИНКАХ» В ЖЕНСКОМ ТЕРЕМЕ. — По Мусину-Пушкину, князь Небослав надолго оказался в женском тереме в качестве участника женских вечеринок. Дело было так. Туда его увела некая старуха, пообещав показать красавицу княжну Волю. При этом провожатая потребовала, чтобы Небослав оставил дома все свое оружие. Князь удивился, но согласился. Более того, провожатая закрыла ему глаза и голову девичьим покрывалом. То есть фактически одела его в женскую одежду. Небослав подчинился и этому, беспрекословно пошел за женщиной, всецело подчиняясь ей. Она вела его за руку и вскоре привела в терем, в богатую женскую светлицу, где было много девушек и хозяйка терема. Женское покрывало сняли с князя Небослава и его окружили девицы. Началась девичья вечеринка, на которой Небослав оказался в центре внимания. Потом князь покинул женский терем. Но перед уходом ему опять надели на голову девичье покрывало и завязали глаза. Через некоторое время его снова отвели в женский терем.
«После этого старуха стала ходить ко князю часто, звать его на вечерины девичьи с таковою же предосторожностью. Ни за частыя подарки от князя старухе не мог он узнать, кто была пленившая его красавица. На подобныя вопросы старуха всегда отвечала ему: «Тайна. Зачем тебе знать, кто такая красавица. Довольно для тебя знать то, что ты ей не лишний в беседе девичьей», с.718.