— Вы ж, поди, в России такой рыбки отродясь не ели? Нежная, свежая, во рту тает! Мой муж сам и ловил и солил. Кушайте, товарищи офицеры на здоровье…

Громобоев действительно свежую солёную горбушу ел в последний раз по случаю, у друзей на Новый год, но то было лет десять тому назад.

Товарищи разделили поровну добычу, рассовали по портфелям и помчались в аэропорт. Пока тряслись в скрипучем и жарком «ЛАЗе» слушали во все уши разговоры пассажиров. В основном были слухи и никакой достоверной информации.

— Ельцина чекисты заарестовали и расстреляли! — уверяла одна старушка. — Пострадал горемышный за народ.

— Так ему и надо, нечего мутить воду, — буркнула в ответ толстуха.

— Дура, ты Марья! — огрызнулась бабка. — Дурой всю жизнь была, дурой и помрёшь!

— Да нет же! Ельцин жив и на свободе, он в Белом доме делами заправляет! — заверяла бабку молодая женщина, — Я по «вражескому» голосу слышала, он с заявлением выступал.

— А кого же тогда расстреляли? — не унималась бабка. — Я точно слышала, что кого-то утром расстреляли! Уверяю вас, в Расее неожиданная смена властей не может быть без расстрелов…

— Это Горбачёва грохнули на даче в Крыму, в Херосе! — авторитетно заявил со злостью в голосе, дышащий перегаром мужик, довольно помятого вида. — Нечего народ мутить, так ему и надо! Затеял свою дурацкую Перестройку, страну пытался Рейгану по дешевке продать.

— А вы бы продали её дороже? — усмехнулся молодой парень в очках. — Что тут продавать? Кому она нужна, корми потом вас дармоедов и пьяниц…

— Врёшь, мужик, не зная толком ничего! Такие пропитые демагоги балаболят на каждом шагу. Горбачёв жил не в Херосе, а в Форосе. И не расстреляли, а только арестовали, — не унималась молодуха. — Янаев сегодня заявил, что он просто временно отстранён от власти. До суда. Какой вы злой, всё бы вам расстреливать!

— Обязательно! По спискам! Уверен, списки органы госбезопасности уже составили. Тех кто воду мутил: журналистов, юристов, артистов, политиканов, демократов…

— О Сталине мечтаете? Не боитесь, что самого за пьянки и прогулы на десять лет без права переписки? — поддел мужика парень.

— Иосиф Виссарионович быстренько порядок бы навёл и разобрался с внутренними и внешними врагами. При нём бы я не пил! Я всегда за порядок в стране!

В автобусе началась общая перебранка, сторонников и противников нового порядка было примерно поровну, однако почти ни кто не хотел в руководство неизвестного Янаева, и лояльная путчу публика предпочла бы во главе страны Министра обороны Язова, или опального генерала Макашова.