Это прозвище нравилось Ретте, и Айрис, очевидно, тоже, но оно по-прежнему смущало Кристи-Линн. Непросто соответствовать такому имени, особенно при полном отсутствии материнских навыков.

Ретта с улыбкой потянулась к ее руке.

– Не волнуйтесь. Она еще маленькая, а детские сердца исцеляются. Через год она и не вспомнит это место, а вы станете для нее настоящей мамой.

Бабочки в животе у Кристи-Линн пустились в пляс.

– Но она же знает, что вы совсем рядом? И она сможет видеться с вами, когда захочет?

– Да, но, думаю, поначалу нам не следует слишком часто встречаться. Это только ее смутит. Поэтому я и хотела поехать немного позже. Ей нужно пообвыкнуться, понять, что теперь ее место рядом с вами.

Прежде чем Кристи-Линн успела что-то возразить, вошла Айрис в блестящих розовых кроссовках, подаренных ей в прошлую встречу. Она изумленно вытаращила глаза, заметив Уэйда и Кристи-Линн.

– Детка, – мягко сказала Ретта, – ты скажешь «привет»?

Айрис беззвучно поздоровалась, не сводя взгляда с Кристи-Линн.

Ретта наклонилась и погладила светлые локоны девочки, провела узловатыми пальцами по волосам, личику, плечам, словно пытаясь запомнить ощущение.

– Ты готова к долгой и веселой поездке на машине, как мы говорили? До самой Вирджинии?

Айрис кивнула, хоть и не сразу.

Ретта взяла ее за руку и подвела к Кристи-Линн.

– И ради Нанни ты будешь большой и хорошей девочкой, верно? – с внезапной дрожью в голосе спросила Ретта. – Будешь смелой и не заплачешь.

Кристи-Линн понадобилась вся сила воли, чтобы не отвернуться, но ей тоже следовало быть смелой. Ради Ретты и Айрис. И это лишь ненадолго, напомнила себе Кристи-Линн. Через три недели Ретта приедет в Свитвотер и поселится всего в нескольких километрах – желанное прибавление в ее стремительно растущей семье. А Кристи-Линн пока предстоит сделать первые шаги в материнстве с нулевой предварительной подготовкой. Впрочем, инструкция и не предполагается. По словам Мисси, умения приходят в процессе – с каждой разбитой коленкой и пролитым соком. Кристи-Линн молилась, чтобы это была правда.

– Давай-ка оденемся потеплее, – сказала Ретта, надевая на Айрис кофту. – А теперь пора в машину.

– Я отнесу вещи, – сказал Уэйд, забрал чемоданы и направился к выходу.

Кристи-Линн посмотрела ему вслед, внезапно почувствовав себя брошенной. Он специально оставил их с Реттой наедине, чтобы они могли сказать друг другу нужные слова. Но о чем говорить в столь душещипательный момент?

– Айрис, – спокойно сказала Ретта и наклонилась, раскинув руки, – иди, попрощайся с Нанни.

Айрис бросилась к ней, и лиловые глаза наполнились слезами, когда прабабушка в последний раз горячо поцеловала девочку в щеку и отдала ее Кристи-Линн.