Благодаря своей опытности, талантам и быстрому усвоению местных традиций и обычаев, П. Гордон задолго до «Славной революции» выдвинулся на первое место среди иноземцев, проживавших в Московском государстве. С одной стороны, в качестве неофициального главы Немецкой слободы он мог оказывать влияние на политическую позицию других британских подданных и вступать в переговоры с дипломатическими представителями европейских дворов, пребывавших в Москве. С другой, высокое положение П. Гордона, занимаемое им среди иностранцев, находившихся на русской службе, повышало его значение как политической фигуры в глазах российской элиты[1877].

Важнейшим каналом влияния П. Гордона при русском дворе являлись его близкие отношения с Петром I3. А. Брикнер и Д.Г. Федосов убедительно доказывают, что из числа иноземцев ближайшим соратником первого русского императора был именно Патрик Гордон, а не женевец Франц Лефорт, который появился в ближайшем окружении Петра Великого значительно позднее[1878]. Поворотным моментом в военной и дипломатической карьере П. Гордона в России стал переворот 1689 г., в результате которого была низложена правительница Софья и началось фактически единоличное царствование Петра I. Согласно данным источников, в конце 1689–1690 гг. шотландский генерал вошел в круг ближайших приближенных молодого русского царя, на которых тот пытался опереться в первые годы своего единовластного правления[1879]. По всей видимости, подобной чести П. Гордон был обязан, прежде всего, тем, что в сентябре 1689 г. сыграл ключевую роль в переходе на сторону Петра иноземных офицеров и в целом Немецкой слободы, что оказалось немаловажным фактором в конечной победе молодого царя в его противоборстве с партией Милославских[1880].

О повышении политического статуса П. Гордона в России после прихода к власти Петра I свидетельствуют следующие факты. Согласно данным архивных и опубликованных источников, с января 1690 г. он участвовал в обсуждении важных государственных дел в официальном кругу приближенных Петра I[1881]. С мая 1690 г. по личному приглашению государя он принимал участие в крупнейших торжествах при русском дворе, на которых шотландский генерал чествовал молодого царя в кругу виднейших бояр и русских сановников[1882]. Главный якобитский агент в России был удостоен чести присутствовать на приеме Петром I послов иностранных держав[1883].

С сентября 1689 г. П. Гордон получил возможность ежедневно бывать в обществе царя на военных учениях и парадах. Дневниковые записи генерала свидетельствуют, что с декабря 1689 г. он регулярно бывал во всех царских дворцах[1884]. Наконец, 30 апреля 1690 г. во время первого в русской истории посещения царем Немецкой слободы Петр I остановился именно в доме П. Гордона[1885]. Впоследствии такие визиты стали регулярными[1886]. «Шкоцкий» генерал сопровождал будущего русского императора во время Кожуховского и Азовских походов, где он если и не номинально, то по существу был главным полководцем[1887]. П. Гордон был ближайшим соратником Петра I не только в военных и государственных делах. Они часто вместе проводили часы досуга[1888].