Но опередить столь высокую скорость полёта пули киберпехотинец не смог, и очередь отрезала ему переднюю лапу прямо в полёте. Толчок одной лапой нарушил траекторию полёта, и «Полкана» закрутило в воздухе. Кузнецов резким перекатом сменил позицию и дал вторую очередь, стремясь добить противника. Место, где он лежал мгновение назад, вспороло пулями, мгновенно превратившими тротуарную плитку в клубящееся крошево, и в следующую секунду полковник перечеркнул очередью круп киберпса. Поток пуль разрезал блок топливной ячейки, она коротко полыхнула густым снопом искр, и «Полкан» рухнул. Кузнецов, не прекращая переката, рванулся в другую сторону, но не успел.

Второй киберпехотинец был уже слишком близко. Его пулемёты, ведущие непрерывный огонь, дёрнулись, сопровождая цель, и полковник почувствовал, как тройка тупых ударов один за другим вбивает его в землю. Мчащийся на него «Полкан» совершил прыжок, выпуская отточенные клинки когтей для рукопашного удара, и вонзился в Кузнецова словно копьё. Чешуя бронеформы отразила ножевой удар, и «Полкана» кувыркнуло через голову, швыряя через полковника. Киберпехотинец с металлическим лязгом извернулся в полёте, приземляясь точно на лапы, словно кошка, и в этот же миг блок его топливной ячейки пробило пистолетными пулями. «Полкан» заискрил и рухнул.

Лежащий на спине Кузнецов опустил пистолет. Он как чувствовал, что после попадания в левую лопатку левая рука откажет и направлять автомат будет нечем. Даже проверять не стал, сразу разжал кисти, роняя гаусс-автомат, и выхватил пистолет. Старый добрый ТТ, спецверсия для офицеров НКВД и СМЕРШ, двенадцатизарядный, из высококачественной стали. Теперь на вооружении в СССР стоит ПМ, ТТ снят с производства, но специально для «Аргентума» спецверсия была модернизирована и изготавливается поштучно в экспериментальном КБ комплекса «Нептун». Этот ТТ стал на порядок смертоносней, превосходное оружие последнего шанса, что только что было доказано в двадцать девятый раз.

Правой рукой Кузнецов нащупал в подсумке полимерную гранату и попытался встать. Левая рука не работала, но боли не было. Левая половина тела от пояса до шеи ощущалась словно замороженная деревяшка, и «Искра» вибрировала чуть сильнее обычного, вторя вибрациям индивидуального медблока. Медблок залил пробоины полимерным коагулянтом и чем-то ещё. Кузнецов чувствовал, как это нечто, тоже полимерное, впитывается в разорванные мышцы и это действие отдаётся в голове неясным гулом, сбивающим резкость зрения. Пришлось открыть лицевой щиток шлема и потереть глаза. Резкость вернулась, и полковник поднялся на ноги.