²⁴⁹ После изгнания Олава Харальдссона (1028 г.) датский король Кнут подчинил себе Норвегию. Лендрману Эйнару Потрясателю тетивы он обещал пожаловать титул (tígnarnafn), ибо считал его самым благородным человеком в стране из людей, не имеющих высокого достоинства (mcstr ok göfgaslr óliginna manna í Norcgi). Право на почетный титул (исключая лишь достоинство ярла) он имел из-за своего происхождения (Нкг: Óláfs s. helga, кар. 171, ср. кар. 194). Эйнар тем не менее остался лендрманом. О другом представителе знати, Эрлинге Скьяльгссоне, по словам Снорри, также говорили после его гибели, что он был наиболее могущественным и знатным человеком в Норвегии из тех, кто не носил высокого титула (Hkr: Óláfs s. helga, кар. 176). Здесь проводится различие между знатностью как родовитостью и высоким достоинством, которое мог пожаловать только конунг.

²⁵⁰ Сюсельман (sÿslumaôr от sÿsla — «работа», «служба», «должность») отличался от лендрмана объемом своих полномочий, но главное тем, что был всецело королевским назначенцем. Люди могущественные, многие из которых в свое время сделались лендрманами, как правило, не назначались сюсельманами (см. Koht Н. Kong Sverre. Oslo, 1952, s. 71—72; Schreiner J. Kongemakt og lendmenn i Norgc i det 12 ârhundre. — «Scandia», IX bd., 2. hefte, 1936, s. 174, ff.).

²⁵¹ Pórkell hamarskáld. Magnüsdrâpa; Hkr: Magnuss s. berfoetts. kap. 4; Morkinskinna, s. 144; Fagrskinna, kap. 69.

²⁵² Oddi litli Glumsson. Lausavisur, 4 (1152 a.); Bjarni Kálfsson Lausayísur (1 182 г.); Noregs konungatal, 33 (около 1190 г.).

²⁵³ Например, ср. Forôôr Kolbeinsson. Eiriksdrapa, 6 и Fagrskinna, kap. 4; Hkr: Óláfs s. Tryggvas., kap. 113. «Могучих бондов» X в. источники тоже иногда называют лендрманами (см. Fagrskinna, кар. 20). В трактате о скальдической поэзии Снорри говорит о подчиненных конунгу правителях: на скандинавском языке они зовутся херсирами или лендрманами, в Германии — графами, в Англии - баронами (Snorri Sturluson. Edda. Skáldskaparmál, 50, (53).

²⁵⁴ Названные выше мятежные лендрманы Торир, Эгиль и Скьяльг не принадлежали к родовой аристократии, а были выходцами из верхушки бондов. Может быть, поэтому в висе Торкеля и употреблен термин lendirmenn, а, не, как обычно, hersar.

²⁵⁵ Поэтому авторы «королевских саг» пишут, что при Олаве Харальдссоне лендрманы «очень заносились». Они считали, что «им не нужно долго высчитывать своих предков для того, чтобы дойти в родословных до людей, рожденных с достоинством конунга или другого крупного хёвдинга» (Fagrskinna, кар. 27. Ср. Hkr: Óláfs s. helga. кар. 46). Эта картина, несомненно, очень стилизована, на самом деле лендрманы были весьма различного происхождения, как видно из тех же саг, но существенно то, что у представителей служилой аристократии было сильно стремление подчеркнуть свою принадлежность к благородным семьям в стране: очевидно, авторитет старой знати стоял еще очень высоко.