Между тем 15 марта 1982 года, будучи на Всесоюзном съезде профсоюзов, Л. И. Брежнев выступил с советским контрпредложением «нулевого варианта» и предложил в одностороннем порядке ввести мораторий на развертывание ядерных вооружений средней дальности в европейской части СССР, который должен был действовать до достижения необходимого соглашения с США или до того момента, когда Вашингтон уже перейдет к практической подготовке развертывания своих ракет в Европе. Однако уже на следующий день А. Хейг, встретившись с А. Ф. Добрыниным, заявил ему, что такое предложение для них неприемлемо и в 1983 году Вашингтон начнет размещение своих «евроракет», если Москва не примет «нулевой вариант» Р. Рейгана[1153].

Тем временем в начале апреля Р. Рейган скороговоркой обмолвился, что он, дескать, готов лично встретиться с Л. И. Брежневым, если тот прибудет в июне на спецсессию Генеральной Ассамблеи ООН по разоружению. Однако Москва заявила, что подобную встречу в верхах нужно серьезно готовить, поэтому лучше всего ее перенести на осень, например на октябрь, и провести в третьей стране. Но после ответа из Кремля Белый дом, как выразился А. Ф. Добрынин, «надолго замолчал». Более того, в начале июня 1982 года, прилетев в Лондон по приглашению британского премьер-министра Маргарет Тэтчер, президент Р. Рейган выступил в британском парламенте и призвал коллективный Запад начать «крестовый поход против СССР». При этом надо заметить, что этому выступлению предшествовала другая речь Р. Рейгана, которую он произнес месяц назад в штате Иллинойс, где озвучил свои предложения о сокращении стратегических вооружений, прямо направленных на подрыв ракетно-ядерной мощи СССР[1154].

Естественно, Москва отреагировала на выступление Р. Рейгана. Так, еще в середине мая 1982 года А. А. Громыко, Д. Ф. Устинов и Ю. В. Андропов вновь направили в Политбюро ЦК совместною записку, которая, по утверждению А. Ф. Добрынина, «отражала внешнеполитический настрой ядра кремлевского руководства в тот период». В данной записке речь шла о том, что американцы окончательно взяли курс на достижение военного превосходства, что все их предложения носят чисто пропагандистский характер и главный мотив этой речи президента США состоит в том, что «СССР должен быть оттеснен с занимаемых им позиций на международной арене и фактически перестать быть великой мировой державой». Понятно, что эти сентенции во время обсуждения записки высшим руководством страны были осуждены, и единственное, с чем согласились все члены Политбюро, — дать положительный ответ на начало очередного раунда переговоров по разоружению в Женеве[1155].