Такой расклад сил в верхнем эшелоне власти существовал почти целый год, пока совершенно неожиданно для многих поздним вечером 25 января 1982 года во время плановой госпитализации в Центральной клинической больнице не скончался Михаил Андреевич Суслов, который в негласной табели о рангах уже давным-давно числился вторым секретарем ЦК.

Почти все годы брежневского правления именно М. А. Суслов бессменно вел все заседания Секретариата, а в отсутствие генсека — и Политбюро ЦК, являясь непререкаемым авторитетом не только для многих аппаратчиков ЦК, но и для самого Л. И. Брежнева. Как свидетельствует целый ряд очевидцев, процедура проведения всех этих заседаний «была организована четко, собранно и обычно длилась не более полутора часов», поскольку М. А. Суслов к проведению всех этих «заседаний готовился чрезвычайно тщательно и контролировал их ход»[1178]. Конечно, М. А. Суслов был уже немолод, и в конце ноября ему должно было стукнуть 80 лет. Но, даже несмотря на столь почтенный возраст, «никто не мог упрекнуть его за какие-то промахи или потерю работоспособности», так как в одно и то же время он продолжал регулярно ездить на работу в ЦК и частенько работал даже по субботам. Хотя, как гораздо позднее уверял его зять Леонид Николаевич Сумароков, он уже «твердо решил» по достижении 80-летнего возраста выйти на пенсию, подав тем самым пример другим престарелым «товарищам по Политбюро» и инициировав «реформу власти» в стране[1179].

Суть этой реформы, по утверждению того же Л. Н. Сумарокова, состояла в том, что накануне сусловского юбилея, где-то в середине ноября 1982 года, будет созван запланированный Пленум ЦК, посвященный переформированию высшей власти в самой партии. В частности, предполагалось, что в партийный устав будет введен пост Председателя партии, который займет Л. И. Брежнев, а на пост Генерального секретаря ЦК будет избран другой — более молодой — член высшего руководства, хотя пока не было до конца определено, кто именно. Тем самым, по замыслу М. А. Суслова, с одной стороны, была бы сохранена преемственность власти, исключившая неизбежную внутрипартийную борьбу за эту власть, а с другой стороны, произошла бы столь необходимая смена поколений в высшем руководящем звене, которая позволила бы «преодолеть или существенно смягчить все более зреющий кризис власти»[1180].

Вероятно, как уверял давний и самый близкий сусловский помощник Степан Петрович Гаврилов, именно об этом М. А. Суслов и планировал говорить с Л. И. Брежневым во время их встречи, запланированной на 22 января 1982 года. Но, как известно, эта встреча так и не состоялась по причине смерти М. А. Суслова. Хотя другие авторы утверждают, что предметом этой несостоявшейся беседы должна была стать «проблема» дочери генсека, о чем мы расскажем чуть ниже. При этом довольно странные обстоятельства ухода М. А. Суслова из жизни уже давным-давно стали предметом различных пересудов. И даже А. Н. Яковлев писал, что «исключать того, что ему помогли умереть, нельзя»[1181]. Подобного рода пересуды родились из-за убежденности многих мемуаристов и историков в том, что для Ю. В. Андропова, который «уже давно и неудержимо рвался к высшей власти», М. А. Суслов был самым «непреодолимым препятствием на этом пути», и его надо было обязательно и как можно скорее убрать[1182].