Между тем 31 августа Л. И. Брежнев вернулся из отпуска в Москву и уже на следующий день был в своем кремлевском кабинете, где принял Н. А. Тихонова и Г. А. Дорошину и говорил по телефону с А. А. Громыко, Ю. В. Андроповым, М. С. Горбачевым и первым секретарем Астраханского обкома Л. А. Бородиным[1226]. Затем 2 сентября он улетел в Киев, где в компании В. В. Щербицкого на его госдаче в Межигорье пробыл целых три дня, и вернулся в столицу только 5 сентября. А затем через день или два, как утверждают Н. А. Зенькович, А. С. Черняев и А. В. Островский, генсек в компании с Ю. В. Андроповым уже повстречался с А. П. Кириленко и якобы вынудил его подать заявление о своей отставке, которая была утверждена на заседании Политбюро 9 сентября[1227]. Однако дело в том, что 7, 8 и 9 сентября Л. И. Брежнев действительно дважды принимал Ю. В. Андропова, А. А. Громыко и К. У. Черненко, а также по одному разу Е. И. Чазова, Н. А. Тихонова, А. М. Александрова и Г. А. Дорошину, но среди брежневских визитеров А. П. Кириленко вообще не значился. И этот факт был четко зафиксирован в «Записях секретарей приемной Л. И. Брежнева»[1228]. При этом М. С. Горбачев, ссылаясь на его разговор с Ю. В. Анд роповым, уверяет, что именно он, посетив по просьбе генсека А. П. Кириленко в цэковском кабинете, уговорил того подать в отставку и сам «набросал короткое заявление», которое «Андрей Павлович с большим трудом переписал своей рукой»[1229].
Между тем в те же дни по Москве стали распространяться слухи, что якобы В. В. Федорчук вызвал на допрос по делу о «бриллиантовой мафии» сына и дочь Л. И. Брежнева, министр внутренних дел Н. А. Щелоков получил от него добро на арест Ю. В. Андропова, который, спасаясь от ареста, «дернул» то ли в ВНР, то ли в ГДР, то ли в ЧССР[1230]. Хотя на самом деле на следующий день после заседания Политбюро Ю. В. Андропов ушел в отпуск и сразу улетел в Кисловодск, из которого вернулся только 18 октября. Кстати, этот факт зримо подтверждается «Записями секретарей приемной Л. И. Брежнева», из которых явствует, что за весь этот период генсек лишь раз — 12 октября — говорил с ним по телефону[1231].
Как явствует из тех же «Записей», по возвращении из отпуска 18 октября Ю. В. Андропов переговорил по телефону с генсеком, а 21 октября они лично встретились на заседании Политбюро, которое продолжалось всего полчаса. В этот же день Л. И. Брежнев принял в своем кабинете К. У. Черненко и А. А. Громыко, но с Ю. В. Андроповым опять же говорил только по телефону, поскольку вечером принимал министров иностранных дел стран — участниц Варшавского договора. Между тем ряд мемуаристов (Г. А. Арбатов, А. С. Черняев) утверждают, что где-то «20 октября 1982 года, дня через два после возвращения Ю. В. Андропова из отпуска он поставил перед Брежневым вопрос о своем статусе ребром», после чего тот сказал ему, что «ты — второй человек в партии и в стране», поэтому «исходи из этого»[1232]. Однако, как совершенно верно подметил профессор А. В. Островский, «никаких сведений о том, что статус Ю. В. Андропова как второго человека в руководстве партии был документально оформлен, до сих пор не обнаружено»[1233]. Но андроповские клевреты, в частности А. Е. Бовин, упорно продолжают гнуть свою линию, убеждая читателей, что 3 ноября Л. И. Брежнев повторно позвонил Ю. В. Андропову и дал прямое «указание, во-первых, заниматься кадрами и, во-вторых, вести (в его отсутствие —