Несмотря на резкое ухудшение здоровья, последние полтора месяца своей жизни Ю. В. Андропов продолжал работать в больнице и встречался с рядом членов высшего руководства, сотрудниками аппарата ЦК и близкими к нему людьми. Судя по ряду мемуаров, в январе 1984 года он принимал в больнице К. У. Черненко, Д. Ф. Устинова, Н. И. Рыжкова, А. И. Лукьянова и Г. А. Арбатова, а также говорил по телефону с В. И. Воротниковым[1338]. Однако уже за неделю до смерти Ю. В. Андропов впал в забытье[1339], и в этих условиях вопрос о том, кто сменит его на посту руководителя страны, стал приобретать практическое значение. Сам М. С. Горбачев и Е. И. Чазов, а также многие сотрудники аппарата ЦК утверждают, что Ю. В. Андропов хотел видеть на этом посту М. С. Горбачева[1340]. Однако он тогда понимал, что это нереально, и поэтому, по его же словам, пытался подвигнуть на участие в борьбе за «престол» маршала Д. Ф. Устинова, но тот отклонил данное предложение. Есть информация, что на роль преемника умирающего генсека претендовал и А. А. Громыко, который, по словам В. М. Фалина, «в ожидании кончины Андропова… нацелился на пост Генерального секретаря»[1341]. Об том же, ссылаясь на разговор с маршалом Д. Ф. Устиновым, писал и Е. И. Чазов, который якобы сказал: «Знаешь, Евгений, Генеральным секретарем ЦК будет Черненко. Мы встретились вчетвером — я, Тихонов, Громыко и Черненко. Когда началось обсуждение сложившегося положения, я почувствовал, что на это место претендует Громыко, которого мог поддержать Тихонов… Видя такую ситуацию, я предложил кандидатуру Черненко, и все со мной согласились»[1342]. О том, что этот вопрос был решен этой «четверкой» «в кабинете одного из заместителей заведующего Общим отделом ЦК» и что Д. Ф. Устинов действительно предложил избрать генсеком К. У. Черненко, а Н. А. Тихонов его поддержал, пишут и другие мемуаристы, в частности М. С. Горбачев и один из брежневских секретарей О. А. Захаров[1343]. При этом М. С. Горбачев и Е. И. Чазов утверждают, что такая встреча состоялась «сразу же после смерти Андропова», а И. Г. Земцов и А. В. Островский говорят, что «четверка» «распорядилась наследством еще живого Ю. В. Андропова не позднее 6-го числа»[1344]. Более того, тот же И. Г. Земцов утверждает, что по решению этой группы Ю. В. Андропов был отключен от системы поддержания жизнеобеспечения еще 7 февраля. Хотя большинство авторов, в том числе сотрудники андроповской охраны Б. В. Клюйков и А. В. Коржаков, утверждают, что это произошло только 9 февраля, когда в ЦКБ «приехали К. У. Черненко, начальник 9-го Управления генерал-лейтенант Ю. С. Плеханов и другие лица»[1345]. При этом некоторые авторы, в частности А. И. Байгушев и Г. Х. Попов, утверждают, что «Андропова отравили», причем, «возможно, кто-то из врачей», так как «он кому-то сильно мешал и уж слишком вовремя умер»[1346]. Но эта версия сильно попахивает откровенным бредом, ибо не было нужды травить генсека, поскольку он уже давно был обречен.