Мы прожили душа в душу много лет. Редко кто из полностью здоровых людей так счастлив в браке. Подняли четырех сыновей, успели порадоваться доброму десятку внуков и внучек. Год назад, когда жена покинула наш мир, жизнь стала мне скучна. Я все чаще и чаще стал возвращаться мыслями в далекое прошлое. Плохое позабылось, и мне начало представляться, будто жизнь в Куруве была доброй и легкой.

– Как же так, – напоминал я себе, – разве ты забыл обиды и унижения? Несмываемую грязь детских дразнилок, кривые усмешки взрослых, испуганные лица девушек, украдкой рассматривавших уродца?

Но сердце не слушалось памяти, сердцу казалось, будто покой и тихая старость ждут его в родных местах, в Куруве. Перебирая в памяти прошедшую жизнь, я пришел к выводу, что никогда в ней не было покоя и умиротворения, меня все время куда-то несло, заботы и тяготы крутили, точно щепку в половодье. Промаявшись несколько месяцев в пустом доме, я решил не докучать детям и посетить родные места.

На корабле я встретил Айдына. Он совершенно не изменился и подошел ко мне, словно мы расстались два дня назад.

– Ну что, доволен подарком?

– Каким?

– Что значит каким? Жизнью. Длинной счастливой жизнью. Все мы тебе дали: достаток, и хорошую жену, и благодарных детей.

– Вы дали? При чем тут вы?

Айдын расхохотался.

– А ты думал, что уродливый нищий чужеземец может собственными силами достичь того, чего достиг ты? Это я, я вот этими руками, – он потряс руками перед моим лицом, – создавал для тебя удачу за удачей. Пришло время вернуть долг.

– Какой долг? Что я тебе должен?

– Что значит какой? Жизнь! Верни нам твою жизнь. Погулял, порадовался, а сейчас перевались через борт, и делу конец. Ты получил свое, теперь наш черед.

– Разве мы с вами о чем-то договаривались?!

– Конечно! Ты же хотел стать одним из нас. Обещаю, вот теперь и станешь, но для этого надо пройти через смерть.

И тут я с необычайной ясностью вспомнил, что много лет назад рассказывал мне мулла в Кушкее. Прикрыл глаза рукой и начал произносить «Шма, Исроэль». Когда я завершил молитву и открыл глаза, Айдына рядом не было. Он исчез, пропал, бесследно растворился в голубом воздухе моря. Однако я хорошо понимал, что это ненадолго, и стал думать, как избежать следующей встречи.

Пока корабль добрался до Констанцы, мне пришло в голову, как спастись самому и отвести несчастье от детей. Больше всего я боялся, чтобы демоны не взялись за них. Человек должен отвечать за свои поступки. Коль скоро я ввязался в эту историю, то и на мне завершить ее. Завершить так, чтобы не пострадали ни в чем не повинные люди. А цена… цена уже не имеет значения, я плачу за все.