Инф. 1: Ну, два <нрзб> — в прошлом и позапрошлом году здесь было <нрзб>. В Енисее. С какого… с парохода упал человек за борт — так и не нашли. Так вот.

Инф. 2: Человек если без спасательного жилета… <…>

Инф. 2: …когда в холодную воду падаешь, то – как один мне, там, я курсантом был, а старпом говорит: „Вот так вот, упал за воду, хочешь крикнуть — тока «ххх», а не можешь, вот, все обжимает вот так вот, и…“ Не крикнешь. Если в течение трех-пяти минут не спасли – значит…

Инт.: Значит, не спасли.

Инф. 2: Значит, потом уже могут и не найти» (ПМ, Море-3).

Упоминания о холодных арктических водах внутри нарратива могут служить разным целям: иногда так обосновывается необходимость работы своей организации, иногда – риторически подчеркивается чрезвычайность происшествия, иногда – случай просто всплывает как воспоминание (как в последней цитате). Важен тот факт, что, будучи рассмотренными сквозь призму профессиональных нарративов, они оказываются четким маркером локальной идентичности.

Таким образом, развитие Арктики повлекло за собой институциональный рост спасательских организаций, при этом сотрудники соответствующих подразделений (Арктических центров МЧС, новых МСК/ПЦ и дополнительных пунктов базирования МЧС) воспринимают этот рост довольно скептически. Кроме того, представления о специфике Арктики как региона для спасания у сотрудников спасательских организаций существенно разнятся, и социальная граница здесь проходит по признаку не столько профессиональной, сколько локальной принадлежности.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ