Однако, признаюсь, меня тоже удивило несколько напыщенное представление Николаем Ивановичем моей персоны как "перспективного делового партнёра", да к тому же ещё и "одарённого специалиста". Полагаю, всё же я пока ничем не заслужил столь явно выказываемое мне доверие. Интересно, почему же Путилов ко мне так относится? Чем я ему приглянулся? Прям в догадках теряюсь!

Тут и граф с поручиком выступили с заявлением о том, что и они создают в Петербурге новые предприятия совместно со мной, чем просто поразили собравшихся. А затем ребята добавили ещё одну порцию маслица в огонь: оказывается, в Красноярске-то я большой популярностью пользуюсь, как заводчик и промышленник. В партнёрах у меня там даже парочка купцов-миллионщиков имеется. Да, да, наш пострел везде поспел. Хе-хе. Ох и качественно же меня разрекламировали! Во взглядах господ, знакомых со мной с самой первой встречи у Путиловых, появилось этакое своеобразное выражение, как будто они меня впервые увидели. "А был такой хороший мальчик, на скрипке полечку играл, решал заумные задачки" и вдруг промышленником стал.

Вопросов к нам, и в первую очередь ко мне, последовало множество. Пришлось довольно долго и подробно рассказывать и о предстоящем строительстве красноярской судоверфи, и о планах по расширению путиловских заводов, и о косметологии, и о шведских спичках. Только об анилиновых красителях наша тесная компания дружно умолчала. Это наш маленький секрет, и нефиг кому бы то ни было знать о нём раньше времени. Ведь промышленный шпионаж уже давно существует, а лучшая защита от него — неразглашение своих планов.

В результате прошедшей встречи я, похоже, теперь и в Питере начал приобретать известность этакого мастера на всю голову, много знающего и умеющего. Хорошо хоть, никто не упоминал в разговоре об открытии мною за одно лето шестнадцати богатых золотых приисков и про моё красноярское прозвище — "Золотой мальчик", а то под конец встречи мог бы состояться фурор районного масштаба отдельно взятой личности.

До Нового года мы успели зайти ещё и к родителям Вяземского. С ними парню определённо повезло. Мать — умная, очаровательная женщина, свободно говорящая на нескольких языках. Отец — полковник в отставке. Старый служака, но не закостеневший умом и в свои пятьдесят семь лет совсем не собирающийся страдать маразмом. Служил в Финляндии, а после ухода из армии открыл там дело по заготовке леса, и не одни дрова он в Петербург гонит, а и деловую древесину в том числе. К тому же имеет небольшую картонную фабрику, у Выборгской заставы. Я ему предложил кроме поставок древесины для спичек заняться до кучи ещё и фанерой, он обещал подумать. А что? Неплохой задел на будущее. Оборудование с меня, с него всё остальное. Сначала обычная фанера пойдёт, а потом, чем чёрт не шутит, и бакелитовая.