— Александр, у вас наполеоновские планы. Выкупать новые земли, когда нет средств на обустройство даже тех цехов, что уже построены, — это, право, расточительство.

— Я думаю о перспективе. Нам всё равно придётся расширяться, и лучше подумать об этом заранее. Возьмите того же Круппа, до уровня которого мы можем дойти года за три. На территории его завода с лёгкостью разместятся шесть таких, как наш. По всему заводу у него рельсовые пути проложены — более семи верст, насколько я знаю. Шесть паровозов по ним бегает, и товарных вагонов под сотню имеется.

— Всё так, и дай бог мы к этому придём. Но... постепенно.

— Понимаю вас, но, поверьте, сейчас нам просто необходимо сделать рывок в строительстве и обустройстве.

— Полагаю, за счёт кредита?

— За счёт очень крупного кредита.

Путилов решил пояснить мою мысль:

— Фёдор Егорович, видите ли, Александр уверен, что через три-четыре года нас ждёт очередной кризис, а в условиях кризиса, сами понимаете, в развитии завода может наступить тягостная неопределённость. Те же крупные министерские заказы мы вряд ли получим, поостережётся правительство деньги давать. Поэтому и спешит Александр завод до кризиса в надлежащий вид привести.

— Бог ты мой! Да почему же вы решили, что будет кризис?

— Анализ показывает, всё к этому идёт, и биржевой обвал акций летом и осенью прошедшего года лишь первая ласточка к тому.

— Да как же можно сравнивать игрища акционеров и промышленность?

— Деньги, Фёдор Егорович. И там, и тут всё решают деньги. Движение капиталов подвержено одним и тем же законам, в какой бы области они ни крутились.

Ох, етишкина жизнь! Как же я устал рассказывать всем про кризис, кто бы знал! Никто в него не верит. Ага, в родном отечестве не может быть пророков. Хм, пока не может. Но вот начнут события сбываться так, как я предсказал, тогда и придёт время моей мести — никому больше о будущем рассказывать не буду. Дайте только денег серьёзных заработать, и стану я посылать всех неверующих с вопросами о грядущих событиях далеко и надолго.

Правда, у Путилова я всё же умудрился зародить червячок сомнения в безоблачности дальнейшей жизни, и он, похоже, психологически уже готов к неприятным явлениям в экономике и, как следствие, свои замыслы начал корректировать, учитывая предстоящие кризисные явления.

Проведя всесторонний анализ положения дел Путиловского завода и обстановки на рынке, я понял, что без большого кредита нам до кризиса завод нормально обустроить не удастся. Соответственно, и Криворожское месторождение начать разрабатывать через три-четыре года, как мне хотелось бы, мы тоже не сможем. Денег на крупномасштабные работы чисто физически не хватит, а организовывать небольшое предприятие на юге смысла нет. Этим мы лишь западных инвесторов дразнить будем, и в результате они туда ломанутся гораздо раньше, чем в моей реальности.