Светлый фон

Почему нам бывает одиноко? Почему мы грустим и смущаемся? Почему читаем поэзию? Почему плачем при виде картин? Почему любовь заставляет наше сердце бунтовать? Почему мы испытываем стыд? И что это за чувство глубоко внутри нас, которое зовется желанием?

Почему нам бывает одиноко? Почему мы грустим и смущаемся? Почему читаем поэзию? Почему плачем при виде картин? Почему любовь заставляет наше сердце бунтовать? Почему мы испытываем стыд? И что это за чувство глубоко внутри нас, которое зовется желанием?

Другие правила лета

Другие правила лета

Вся моя жизнь была чужой затеей, вот в чем беда.

Один

Один

Одной летней ночью я уснул в надежде, что, когда проснусь, мир изменится. Но утром, открыв глаза, понял, что мир остался прежним. Я откинул одеяло и лежал, пока жара наполняла комнату, затекая в распахнутое окно.

Потом дотянулся до радио, включил. Играла Alone. Вот отстой. Alone – песня группы Heart. Не самая моя любимая песня. И не самая любимая группа. И не самая любимая тема. «Ты и не знаешь, как давно…»

Alone Alone Heart

Мне было пятнадцать.

Мне было скучно.

Мне было плохо.

И пусть бы солнце растопило небесную синь – мне было плевать. Тогда хоть небо разделит со мной несчастье.

Диджей нес раздражающе очевидную ерунду вроде: «Лето на дворе! Жара!» А потом поставил ту старую песню из сериала «Одинокий рейнджер», которую включал каждое утро, считая, похоже, что это такой классный способ будить народ. «Хэй-йо, Сильвер!»

И кто его только нанял? Он меня убивал. Видимо, под звуки увертюры к «Вильгельму Теллю» мы должны были представлять, как одинокий рейнджер и индеец Тонто скачут по пустыне. Стоило напомнить этому парню, что его слушателям уже не десять лет. «Хэй-йо, Сильвер!» Черт.

Диджей снова подал голос: «Просыпайся, Эль-Пасо! Сегодня понедельник, пятнадцатое июня тысяча девятьсот восемьдесят седьмого. Уже тысяча девятьсот восемьдесят седьмой! Удивительно, правда? И самое время поздравить Уэйлона Дженнингса[1], которому сегодня исполняется пятьдесят лет!»

Уэйлон Дженнингс? Кантри-певец? Какого черта! Это же рок-станция!