Возникновение идеи создания музея русского искусства было в этот момент закономерно. Он должен был послужить утверждению отечественной художественной школы, выявлению ее своеобразного лица, стимулированию ее дальнейшего развития. Крупнейший русский художественный критик В. В. Стасов неоднократно взывал к русскому обществу о необходимости создания музея национального искусства. Патриотическое дело создания галереи русского искусства взял на себя московский купец Павел Михайлович Третьяков (1832 - 1898). Это был человек выдающихся способностей, сумевший путем самообразования встать в ряды просвещеннейших и культурнейших русских людей своего времени.

Он пользовался уважением и дружбой крупнейших русских писателей И. С. Тургенева, Л. Н. Толстого, выдающихся русских художников В. Г. Перова, И. Н. Крамского, И. Е. Репина, а также других представителей русской передовой культуры.

Идея создания национальной художественной галереи, руководившая Третьяковым, выражала общий пафос нарождающейся демократической культуры, тот же самый, который составлял движущую силу деятельности А. Н. Островского, создавшего русский национальный театр. Этот пафос прекрасно выражен в следующих словах великого драматурга: «Национальный театр, помимо даже репертуара, то есть само здание, возбуждает уже народный патриотизм. Национальный театр есть признак зрелости нации, так же как и академии, университеты, музеи». Отметим, что Островский мечтал при этом об устройстве в Москве театра «независимого от петербургской дирекции и самостоятельного управления», то есть театра, свободного от бюрократического надзора. Та же цель стояла и перед основателем галереи национального искусства Третьяковым.

В 1856 году Третьяков приобрел две первые картины русских художников («Финляндские контрабандисты» В. Г. Худякова и «Искушение» Н. Г. Шильдера). С тех пор вся его жизнь была посвящена выполнению добровольно принятого на себя патриотического долга.

Приступая к осуществлению поставленной перед собой задачи, Третьяков имел ясно осознанную цель: содействовать развитию русского демократического искусства, то есть искусства, связанного с почвой народной, национальной жизни. Он приобретал в первую очередь произведения современного ему искусства, с поразительной художественной чуткостью угадывая новые таланты. Обращаясь же к искусству предшествующего исторического периода, он и там отбирал то, что представляло реалистическую и наиболее плодотворную струю. Так, им были приобретены для своей галереи портреты К. П. Брюллова, этюды А. А. Иванова и др.