Для того, чтобы облегчить пользование путеводителем, в конце его прилагается алфавитный описок художников с обозначением страниц, на которых помещается характеристика их творчества.

ЖИВОПИСЬ

ЖИВОПИСЬ

К началу 1860-х годов академическое искусство окончательно изжило себя *. Классические каноны и легендарные сюжеты, которым оно традиционно и обязательно следовало, превратились в оковы, тормозящие его дальнейшее развитие. Академия стала оплотом художественного консерватизма, а сама академическая живопись - синонимом искусства мертвого, далекого от живой современности. «Как будто не замечая кипящей вокруг него жизни, с закрытыми глазами на все живое, современное, действительное, это искусство ищет вдохновения в отжившем прошедшем, берет оттуда готовые идеалы, к которым люди давно уже охладели, которые никого уже не интересуют, не греют, ни в ком не пробуждают живого сочувствия… Отнимать от искусства право служить общественным интересам - значит не возвышать, а унижать его… Это значит даже убивать его, чему доказательством может служить жалкое положение живописи нашего времени», - так характеризовал академическую живопись В. Г. Белинский **.

[* Подробнее об императорской Академии художеств, принципах академического искусства см. в I выпуске Путеводителя по Государственной Третьяковской галерее, в разделе, посвященном искусству XVIII - первой половины XIX века.]

[** В. Г. Белинский. Соч., в четырех томах, т. I. М., 1898, стр. 678 - 679.]

Но на протяжении второй половины XIX века академическое искусство не осталось неизменным, оно подверглось новым, буржуазно-либеральным веяниям.

МАКОВСКИЙ К. Е.

1839 - 1915

От сюжетов античной мифологии, от изображения героев древней истории, поисков идеальной красоты художники академического толка обратились к писанию светских портретов или сусальных картин на темы боярского быта, к обыгрыванию восточной экзотики. Эта тенденция нашла своего яркого представителя в Константине Егоровиче Маковском. Его портрет Л. С. Строгановой (1864), картины «Возвращение священного ковра из Мекки в Каир» (эскиз, 1876), «В мастерской художника» (1881) дают представление о салонно-академическом искусстве. Однако в творчестве К. Маковского была и другая сторона. Сформировавшийся в атмосфере идейного подъема 60-х годов, художник не оставался равнодушным к народной жизни. Правда, его изображению крестьянской жизни был свойствен налет сусальности. Но такие картины, как «Швея» (1861) или «Алексеич» (80-е годы), а также ряд портретов, например, певца О. А. Петрова (1870) или композитора А. С. Даргомыжского (70-е годы), представляют значительный интерес. Стремясь удержать главенствующее положение в искусстве 70-х - 80-х годов, Академия в лице своих молодых представителей даже при обращении к классической древности искала в ней не идеальное, но пикантное, писала ее сладкими голубыми и розовыми красками. Мастерами, характеризующими эту тенденцию, были Г. И. Семирадский, Ф. А. Бронников, С. В. Бакалович. В их лице Академия выдвинула более опасного врага демократического искусства, чем это было в 50-е - начале 60-х годов. Академия уже перестала быть архаическим пережитком, научившись быть соблазнительной. Это прекрасно сознавал вождь демократического лагеря в искусстве И. Н. Крамской. «Вы небось думаете, что Бруни - это Федор Антонович, старец? Как бы не так, он из всех щелей вылезает, он превращается в ребенка, в юношу, в Семирадского… ему имя легион!»