VIII. Что касается до количественной стороны сходств и различий, то из этих последних только те, которые касаются величины и формы, подчинены точным количественным отношениям. Прочие же сходства и различия вследствие своей недостаточной определенности, неразграниченности и неустойчивости до сих пор еще не подчинялись этим количествам, хотя количественность не чужда их природе. Так, различное по одному составу более сходно, чем различное и по составу и по форме.

Второй ряд учений, образующих общую теорию сходства и различия – тот, который рассматривает отношение этой стороны бытия к другим сторонам его – распадается, по числу последних, на учение об отношении сходства и различия к существованию, к сущности, к свойствам, к причине, к целесообразности и к числу. Мы не будем останавливаться на этих учениях.

IX. Учение о сходстве и различии вещей в Космосе должно дать систему мира, расположив все лежащее в нем в группы по степеням близости между собою.

То, что до сих пор было сделано в этом отношении, недостаточно; хотя сделать больше, быть может, окажется весьма трудным. Главным образом недостаточность эта состоит в том, что классифицировались всегда только вещи, тогда как мир состоит не из одних вещей. Так, силы и законы, действующие и господствующие в природе, никогда не подвергались точной классификации, хотя разнородность одних из них и близость других ясно сознавалась; между тем все, что бывает ближе и дальше по отношению друг к другу, допускает классифицирование себя.

Для того, кто внимательно всмотрелся бы в излагаемое учение о строении науки, было бы не трудно извлечь из этого учения и первые основы всеобщей классификации существующего, под которыми потом, уже в предустановленных отделах, пришлось бы только расположить то, что мы повсюду называем вещами и явлениями в Космосе. Так, уже из одних указаний, содержащихся в учении об изменении, тотчас выясняются некоторые черты этой всеобщей классификации, гораздо более захватывающие, чем обычные классификации природы. Так, располагая то, что классифицируется, влево, а то, в чем классифицируется, вправо, мы получим два следующие ряда:

Располагая под каждым наименованием, написанным влево, все четыре наименования, написанные вправо, мы получим:

Деления эти почти уже соприкасаются своими конечными членами с первыми членами существующих классификаций. Но насколько неполна эта классификация, можно видеть из того, что здесь нет геометрических фигур, нет вещей, искусственно делаемых человеком, нет искусств и многого другого.