хищника. Даже в дальнейшем, когда в мезозое такое строение стало

мейнстримом, они ничего подобного не придумали. Кроме всего

прочего, слишком массивными, чтобы нести их высоко над землей, были их тяжелые головы, несущие снабженные сильной мускулатурой

и длинными клыками челюсти, да и весь плечевой пояс у них был

массивным. Часто был слишком мал и слаб хвост, чтобы использовать

его как противовес. В триасе, когда динозавры уже вовсю сновали на

своих двоих тут и там, наши пращуры оставались верны своей

четвероногости. Как уже сказано, появление двуногих сверхбыстрых

суперхищников в очередной раз поставило под удар мелкое потомство

наших предков. Потомство было непроворно и уязвимо. А так как

забота о детях уже должна была быть для многих синапсид чем-то

важным, они интенсировали развитие в уже избранном направлении, стали оберегать его еще интенсивнее, научились сначала закреплять

яйца на собственном туловище, а затем и вовсе изобрели систему

крепежа, сосцы и губы, сумчатость и так далее. Но более интенсивная

забота о потомстве автоматически исключила наших предков из гонки

на гигантизм. Крупный динозавр мог охранять свои микроскопические

(по динозавровым меркам) яйца, а после вылупления на свет своего

микропотомства удалиться с полным сознанием выполненного

родительского долга, не боясь это потомство передавить по

неосторожности или подвергнуть другим опасностям, он мог не