В октябре 1989 года отмечали сорокалетие ГДР. Со своим перестроечным шалманом прикатил Горбачев. Сторонник жесткой линии Хоноккер был снят с поста и изолирован. Как обычно «миниральный секретарь» намутил, навонял и… сдал ключевую страну ни за понюшку табаку, хотя канцлер Гельмут Коль предлагал дураку несусветные деньги, пытаясь заплатить за объединение Германии.

9 ноября 1989 года была открыта государственная граница. В этот день немецкие газеты вышли с уникальными полосами, в которых было написано всего два слова: «Спасибо Горби».

Так свершился переход СССР в низший разряд государств. 1 декабря произошла ничего уже не значившая встреча на высшем уровне СССР — США на Мальте. На борту теплохода «Максим Горький» государственный секретарь США Бейкер передал министру иностранных дел Шеварнадзе справку вне повестки дня, которая называлась: «Возможности, утраченные СССР…»

Буш, откровенно зевая, с ленивым безразличием выслушивал извержение словесной чепухи от последнего советского властителя-бездаря, обдумывая детали предстоящего вторжения в Панаму.

Развал государственной машины становился всеобщим. 10 января Шеварнадзе созвал совещание. Обсуждались вопросы переговоров в Женеве и Вене, о сокращении стратегических и обычных вооружений. Он заявил, что нужны подвижки и развязки любой ценой, поэтому нужно уступать, уступать и уступать американцам, а потом добавил об одобрении подобных действий на самом верху. Ровно через неделю, секретарь ЦК Зайков собрал рабочую группу по тем же вопросам, где заявил, что хватит, мол, сливать воду, а надо думать об обороноспособности страны, а это, по его словам, указание с самого верха. Члены делегаций долго чесали затылки, соображая, что думал словоблудливый павлино-дятел Горбачев и чего хотел реально добиться по итогам переговоров.

Последний съезд КПСС собрался 1 июля 1990 года. 12 дней верхушка партии сотрясала воздух Кремлёвского дворца пустыми речами. Съезд не выдвинул ясной, простой, практически применимой к жизни программы, а вдобавок, отдал голоса Горбачеву. На фоне тотального дефицита в стране, самым страшным дефицитом оказались люди, мыслящие и обладающие твёрдым характером.

По данным аналитического управления КГБ 17 % всего сахара в стране перегоняется на самогон. Поставки в Москву предполагалось снизить, по молоку с 6 до 5 млн тонн, по мясу с 1,4 млн тонн до одного миллиона. Встал вопрос о сохранении или распаде Советского Союза. Пять республик уже окончательно определили свою позицию по выходу из СССР. Это три прибалтийские, плюс две Закавказские — Армения и Грузия. Остальные колебались, боясь принять какое-либо решение.

Влияние и авторитет Ельцина росли не за счёт реальных достижений, а исключительно по причине резкой критики Горбачева, негативное отношение к которому стало общим местом. Москва беспрерывно митинговала. Так прошли лето и осень, а зимой, после нового года, в ночь с 12 на 13 января десантники взяли штурмом вильнюсскую телебашню. Были провокации, странные жертвы неизвестных снайперов, так необходимые для пропаганды национализма и дискредитации Советской армии. Кудахтающее мурло-Горбачев вновь сделал вид, что он не в курсе происходящего…

Я прекрасно помню то время и ощущение дежавю у народа. Страшное, подлейшее время, сдача всего, что только можно. 1 марта 1991 года состоялась встреча заместителя председателя КГБ В.Ф. Лебедева и начальника аналитического управления той же структуры Николая Леонова с работниками идеологического отдела ЦК КПСС. Раньше спецслужбы не подпускали к святая святых партии на пушечный выстрел, хотя такое положение не только странно, но и глупо. Теперь аппаратчики, с застиранными лицами решили, видите ли, выслушать оценки КГБ положения и обстановки в стране. Начальник отдела — раскормленная харя, чуть за сорок лет с еле держащимися пуговицами и петлями тройной величины от постоянной откормочной нагрузки. В его глазах ни огонька, ни интеллекта, а только растерянность борова, почуявшего скорое отлучение от кормушки. В зале собралось чуть более тридцати человек, из них три женщины абсолютно не фанатичного вида. Какой баран и по каким критериям подбирал этих болотных лягушек, призванных идейно направлять страну по намеченному курсу.

Леонов страстно и убежденно бросал им в глаза обвинения в пассивности и безразличии к развалу Отечества, призывая сделать максимум возможного за оставшиеся дни до 17 марта — референдума о судьбе Родины. Идеологическая аудитория явно шокирована, удивлена оценками аналитического управления и, вяло мямля, благодарит и робко задаёт второстепенные вопросы. Они уже решали вопрос: «Пора драпать, а может, пронесёт?» …

Из гипотез Кампанеллы и Мора, Маркс соорудил теорию. В интерпретации Ленина её пытались опробовать практикой. Рациональное зерно, о равенстве людей, в ней, конечно, присутствует, но сама идея претворялась в жизнь показательно-образцово-похабно. После Хрущева, марксистов в руководстве СССР не было, а был период дурацких лозунгов без содержания, да грызня за власть. Та теория себя не оправдала. Возникнет ли другая на основе справедливости? Поживём — увидим.

… Пятого марта Горбачев собрал высший эшелон руководства КПСС. Вместо решения срочнейших вопросов, он долго и сладко рассказывал о своей поездке в Белоруссию, хвастался как любит его народ, слушает и понимает. Его упорно подводили к вопросу: «Почему же рушится власть?» Пустоголовый индюк отказывался об этом говорить.

17 марта 1991 года, наконец, был проведен референдум о сохранении Советского Союза в обновленном виде. Высшая воля народа была высказана абсолютно ясно и никакого другого трактования, как сохранения страны не предусматривала. Абсолютное, подавляющее большинство высказалось за. В России (РСФСР) 71 %, на Украине 70 %, в Белоруссии 83 %, а в остальных республиках ещё большее число людей сказали своё да Советскому Союзу. Премьер-министр Павлов издал указ о запрете уличных шествий.

Шакальё, грезившее властью и мечтавшее о развале СССР с неделю находилось в состоянии близком к шоковому. Они совершенно не ожидали подобного результата, но подхлёстываемые из-за рубежа и подпитываемые финансами оттуда же, 28 марта решили вывести людей на улицу. Удалось собрать всего 50 тысяч человек, скромнейше, по тем временам. Подъехал Ельцин, призвал ко всеобщей политической забастовке. Провинция восприняла призыв равнодушно.

Госсекретарь США Джеймс Бейкер по прибытию в Москву дал понять, что Америка признает СССР в границах 1933 года…

Больно и горько писать картину агоний родной страны, скрипят зубы и сжимаются кулаки. Какой грандиозный талант дурака надо иметь, чтобы столь быстрыми темпами затолкать её в пропасть! Никакой явный враг или агент, при любом сверхталанте, не был способен на такое «достижение». Жаль, что я не умею писать картины, а то рискнул бы создать полотно «Дятел Евразии», посвященное Горбачеву. Картина должна иметь крупные размеры, содержать массу многозначительных деталей, с изображением исторических, чиновных и простонародных лиц, да не просто лиц, а с максимальным подчеркиванием их сущностей и характера… Каждый человек, имеющий воображение, может в уме представить эту картину, причем по-своему. Вдруг, когда-нибудь и вправду найдётся талантливый художник и воплотит в жизнь мою, спонтанно возникшую мысль…

Как выразился Николай Леонов: «Две стаи стервятников, своих и чужих, закружили над ослабевшим телом Отчизны. Эти стаи летают не отдельно, а сбиваются в одну…»

На пленуме ЦК КПСС, 24 апреля, 22 оратора подряд так сурово критиковали Горбачева, что он выступил следующим и попросил об отставке… Собравшиеся на пленуме партчиновники взвыли от страха и стали чуть ли не умолять пустоголова не уходить. Собрание политических трусов заслужило лозунга: «Вечная слава трусам и оппортунистам».

Во вторник 12 июля состоялись выборы президента России. Число, вероятно подбирали специально. Вторник, чтобы привлечь народ к урнам, объявили выходным днём. С большим отрывом победил Ельцин. Пятое место занял эксцентричный Владимир Вольфович Жириновский с 8 % голосов. Он понравился части публики ответом на вопрос о его национальности. Жириновский как ни в чём не бывало ляпнул: «Мама — русская, а папа — юрист».

Горбачев терял остатки власти. Ему пришлось заискивать перед бывшим подчиненным, который возглавил Россию. Ельцин, помня добро (Горбачев его не вышвырнул в своё время в полное небытие, а оставил в ранге министра) согласился держать дурака на декоративном посту.

Во время церемонии вступления в должность первого президента России, Горбачев стоял и изображал из себя и начальника Ельцина, и его послушного подчиненного.

Далее был карикатурный путч, предательский сговор в Вискулях, крушение СССР и чудовищный геноцид русских, брошенных на произвол судьбы российской властью, а их насчитывалось на тот момент в национальных республиках, ставших вдруг самостоятельными государствами не менее 25 миллионов человек…

Эпилог

Посещение ларька, это сильнейший стресс на целый день, сопровождаемый шекспировскими страстями, невероятными интригами, коварством, головной болью с зашкаливающими цифрами давления. Когда крепыш Юра свалился без сознания, а цвет его лица мало напоминал живой организм, бытовой прибор оказался бессилен зафиксировать его давление. Его понесли в больницу пятеро. Двое держали ноги, ещё двое ребят покрепче схватили его подмышки, а припадочный Антоша, обхватив удушающим приёмом его голову, едва не свернул бедолаге шею, когда поскользнулся на дороге. Давление у Юры оказалось 364/246. Таких значений мне не приходилось встречать до этого случая нигде. Его на «скорой» отправили в Тулу.