В 1995 году, после покупки значительной подборки книг у Эммануила Штейна, был издан, но уже в очень малом числе экземпляров, иллюстрированный каталог «Книги русской эмиграции», который мы печатали не столько для библиофилов (эту литературу еще не начали активно коллекционировать), сколько для комплектаторов государственных библиотек, которые в 1990‐х годах были довольно важны на антикварном рынке.
Здесь очередная случайность подала нам шанс иметь свой магазин. Еще ранее, когда мы начали делать сезонные аукционы, А. Л. С. особенно заботился о том, чтобы в газетах были отклики, и наилучшим вариантом были статьи в газете «Коммерсантъ». Сперва эту рубрику вела Н. С*** и исправно писала о наших аукционах, а мне уж пришлось писать статьи для издаваемого ею отличного журнала (редактировал тогда мои тексты, в смысле превращения косноязычия в русский язык, конечно же, А. Л. С.). Затем в «Коммерсантъ» пришел Д. Б***, с которым А. Л. С. сдружился и дружит до сих пор. Про наше межеумочное положение в «Акции» он знал хорошо, а был всегда не только веселым, но и умным и отзывчивым.
Так вот, где-то летом 1996 года он приходит как-то поболтать и заодно говорит: «Ребят, вы ведь знаете про „Гелос“? Тамошний главный хотел бы иметь книжный отдел и книжный аукцион и спросил, не знаю ли я кого стоящего для такого дела…»
В тот момент, в середине 1990-х, про «Гелос» знали все – это был лидер антикварного рынка, явно с какими-то особенными административными возможностями (напомним, что именно там в начале 2000‐х продавалась коллекция разорившегося «Инкомбанка» и был выставлен «Черный квадрат» Малевича, ныне представленный в Эрмитаже). Из каждого умывальника неслось о том, как там все дорого продается и, наверное, дорого покупается. Книгами там не занимались, но про картины и Фаберже шуму было много, особенно в главной газете страны – «Московском комсомольце».
В общем, недолго чесав в затылке, мы поехали «на переговоры» и довольно сильно забавлялись официозом, который царил в «Гелосе». Встретил нас О. Н. С***, владелец заведения, но он всегда указывал на визитной карточке должность не «директор», а как-то иначе; директорами там были сменяющие друг друга наемные сотрудники, кроме одного, А. Н. Б***, впоследствии сочувственно к нам относившегося. В результате «переговоров» мы пришли к соглашению о будущем сотрудничестве.
Так завершилась моя и наша работа в «Акции», хотя мы и не были рады расставанию. Неформальность, некий уютный бардак «Акции» плюс абсолютная уверенность в ее владельцах – нам были дороги. Простившись не без обоюдного сожаления, мы отправились в свободное плавание.