Согласно цитированному выше протоколу, Толстой был уже так слаб, что с трудом дошел до кровати. Здесь он сделал разные распоряжения, и затем с ним произошел непродолжительный, около минуты, припадок судороги в левой руке и левой половине лица, сопровождавшийся обморочным состоянием.

По всем данным, те «распоряжения», о которых упоминает рапорт врачей, включают в себя и отправку телеграммы в Оптину с вызовом старца Иосифа. Но вызов Толстым Старца был скрыт толстовцами от русской общественности. Открылось это только в 1956 г., когда на страницах «Владимирского вестника» игумен Иннокентий рассказал подробно об этом. Как работающему в канцелярии, ему было известно все, что через нее проходило. Вот что он рассказывает:

«Спустя немного времени по отъезде графа из Шамордина в Оптиной была получена телеграмма со станции Астапово с просьбой немедленно прислать к больному графу старца Иосифа. По получении телеграммы был собран совет старшей братии монастыря: настоятель — архимандрит Ксенофонт, настоятель Скита, он же старец и духовник всего братства монастыря — игумен Варсонофий; казначей — иеромонах Иннокентий; эконом — иеромонах Палладий; благочинный — иеромонах Феодот; ризничий — иеромонах Феодосий; уставщик — иеромонах Исаакий, впоследствии настоятель; иеромонах Сергий; иеромонах Исаия — бывший келейник старца Амвросия; заведующий больницей, монастырский врач — иеромонах Пантелеймон; письмоводитель — монах Эраст и другие. На этом совете решено было вместо старца Иосифа, который в это время по слабости сил не мог выходить из келлии, командировать старца игумена Варсонофия в сопровождении иеромонаха Пантелеймона. Но, как известно, окружением Толстого они не были допущены к больному, несмотря на все усилия с их стороны. Когда старца Варсонофия окружили корреспонденты газет и журналов и просили: “Ваше интервью, Батюшка!” — Старец им ответил: “Вот мое интервью, так и напишите: хотя он и Лев, но не мог разорвать кольца той цепи, которою сковал его сатана”».

Вызов Толстым Старца подтверждается и воспоминаниями служащего Рязано-Уральской железной дороги Павлова, напечатанными в «Православной Руси» (1956. № 11). Он рассказывает, что на станции Астапово служил буфетчиком добрый знакомый семьи Павловых — Сергей Моревич, человек пожилой, обликом похожий на Толстого и сам ярый толстовец, организатор кружка, ездивший с этим кружком ежегодно на сенокос в Ясную Поляну. Вот слова Сергея Моревича: «Факт посещения Толстым Оптиной Пустыни и вызова Старца был взрывом бомбы в толстовском кружке, который не мог выдержать этого удара и распался». Из этого вытекает, что телеграмма Толстого о вызове Старца стала общеизвестной среди служащих в Астапове, а затем и среди прочих служащих-толстовцев по всей линии железной дороги.