— Совсем.

— Как это у тебя так получилось?

— Замял через знакомых в N-ске… Но помучился конечно! Три недели на границе безвылазно сидел. Все же контролировать надо было: разгрузку, досмотр, хранение на площадке. Заставил таможенников подробную опись сделать — каждый пуфик учесть. А иначе и половины бы не досчитались: растащили бы и ничего бы потом не догнали — я с этим уже сталкивался… Те две тысячи, что у меня были, пришлось взятками распихать, чтобы за грузом следили — хэ-х — от своих же охраняли. Денег вообще не осталось: три недели в машине ночевал; одной лапшой на кипятке питался… Потом вернулся в N-ск и начал все утрясать. Материалы сюда же направили, по месту регистрации фирмы, а здесь уже проще было. Все тот же Лёха помог: у него хорошие связи, так что даже и до суда дело не дошло… Потом тебя попытался найти, но ты совсем потерялся и тогда я сам принялся товар реализовывать. Слушай, мебель мы очень даже неплохую взяли: почти ничего не задерживалось — с руками отрывали. Проблема только с несколькими шкафами была, которые повредили на таможне, пока туда-сюда их тягали. А вообще товар отличный и цена хорошая. Я тут звонил этому китайцу — он снова зовет…, — Дульцов неожиданно прервал свой рассказ, серьезно посмотрев на друга. — Ты-то что собираешься делать?

Плотно сомкнув губы, Роман опустил глаза на свой бокал.

— Не знаю еще, — машинально произнес он, но вдруг, будто сообразив что-то, всколыхнулся и уставился на лежавшую рядом на стуле сумку. — Не знаю…, — вновь развернувшись к столу, повторил он уже осмысленно.

Дульцов не стал продолжать тему — он видел, что Роман услышал его предложение.

— Ты молодец, что ничего не сказал тогда на таможне. Вряд ли бы у нас получилось выпутаться, расскажи ты тогда хоть даже самую малость… А тебя кто допрашивал? Подполковник этот, Сергей Леонидович?

— Да, он.

— До чего же гадостный тип! — воскликнул Дульцов.

— Это точно, — весело усмехнулся Роман, несколько раз согласно кивнув головой.

— Этот Сергей Леонидович мне, наверное, на всю жизнь запомниться. Вот уж поганец на редкость! Я, признаться, даже струхнул немного: подумал, что он тебя придавит.

— Он очень пытался…

Услышав эти слова, Дульцов затих. За столом готова была повиснуть очередная пауза, но в этот раз надвигающееся молчание поспешил разогнать сам Роман.

— А ты сейчас чем занимаешься? — впервые обратился он к другу.

— Ничем. Я вот только пару недель назад остатки мебели пристроил. Пока осматриваюсь.

— Как товар реализовывал?

— По-разному. И ты знаешь, почти половину в розничные магазины определил…, — воодушевившись, принялся рассказывать Дульцов.