4 октября 1915. Ц.С.

Письмо Великой Княжны Анастасии Николаевны Цесаревичу. // ГАРФ. Ф. 682. Оп. 1. Ед. хр. 62.

5-го октября. Понедельник. Оба заспались и встали поздно. Люди поднесли Алексею крендель, а свита поздравляла перед чаем. […] В обычное время выехали на прогулку к месту парома на Днепре. Вместо него перешли по новому мосту. […] Алексей был весь день в праздничном настроении и очень много возился. […]

Дневники Императора Николая II. М.: ORBITA, 1991. С. 550–551.

Дорогой мой Алексей, от души благодарю тебя за очень милое письмо. Я ужасно довольна, что ты мне каждый день пишешь и «Жилик»[145] тоже. Знаю теперь все, что ты делаешь. Тебе весело было сегодня? Хорошо праздник провел? Ты спал с большим ножом, вот какой ты за мальчик! Я так рада, что Ты с Папа молишься — уютно вместе — и я у себя для тебя после 9 нарочно, ты да мы одновременно молимся, и как будто я с вами. Ты уже кончил интересную французскую книгу? Для тебя подарок от Мише Дедюлина, я его оставлю здесь и по телефону ее благодарила. Я сегодня подарила Синему[146] и Петру В[асильевичу][147] твой портрет, кот. я снимала, — чтобы им не было так скучно без тебя, — скажи, тебе не трудно мои письма читать или Папа помогает? Видели Влад. Ник. в Лазарете сегодня. Тетя Михень[148] у нас чай пила. Наш маленький офицер в Б. Дворце умер ночью — спокойно. Раненые тебя поздравляют. Княжне Гедройц немножко лучше. Мы катались днем в Павловске и 3 дамы поздравили нас — очень мило, не правда ли? Так странно (и очень грустно) тебя сегодня не видеть — мысли все время с вами, дорогие мои. Прощай, Душка, крепко крепко тебя целую. Храни тебя Бог. † Твоя нежно тебя любящая старая Maма.†

Царское Село. 5-го окт.1915.

Письмо Государыни Императрицы Александры Феодоровны Цесаревичу. // ГАРФ. Ф. 682. Оп. 1. Ед. хр. 53.

Жизнь здесь течет по-обычному. Только в первый день Алексей завтракал с м-сье Жильяром в моей комнате, но потом он стал сильно упрашивать позволить ему завтракать со всеми. Он сидит по левую руку от меня и ведет себя хорошо, но иногда становится чрезмерно весел и шумен, особенно когда я беседую с другими в гостиной. Во всяком случае, это им приятно и заставляет их улыбаться. Перед вечером мы выезжали в моторе (по утрам он играет в саду) либо в лес, либо на берег реки, где мы разводим костер, а я прогуливаюсь около. Я поражаюсь, как много он может и желает ходить, а дома не жалуется на усталость! Спит он спокойно, я то же, несмотря на яркий свет его лампадки. Утром он просыпается рано, между 7 и 8, садится в постели и начинает тихонько беседовать со мною. Я отвечаю ему спросонок, он ложится и лежит спокойно, пока не приходят разбудить меня. […]