Наука принципиально не способна опровергнуть веру, потому что любая логика неизбежно выводит дискурс за его пределы — в ту сферу метафизики, где стандартные процедуры верификации становятся некорректными и бессмысленными. Невозможно силлогизмами и аргументами доказать или опровергнуть то, что находится за полем их применимости. По словам Эндрю Ньюберга, «мы вовсе не говорим, что мозг создает Бога — мы отмечаем, что наш мозг естественным путем создает механизмы, которые делают возможным религиозный опыт». Давно необходим консенсус между знанием и верой, наукой и религией.

Сегодня даже наука не отрицает огромную роль религиозности как средства интеграции, выживания и эволюции человечества. Во все времена религия брала на себя функцию обеспечения стабильности и целостности. Как мы видели, разрозненные племена арабов, обретя Коран, менее чем за сто лет превратились в самую мощную силу, покорившую половину Древнего мира и только по исторической случайности не обратившую в ислам всю Европу еще в VIII веке.

Проблема Бога сегодня не менее актуальна, чем две тысячи лет тому назад, потому что человек всегда был устремлен к сближению сущего и должного, земного и небесного, человеческого и божественного — к «точке Омега», как называл финал процесса творческой эволюции Тейяр де Шарден. Слава Богу, даже твердолобые ученые-рационалисты (рационализм и есть основа твердолобости) сегодня осознают всю тщету замены религии наукой, также основанной на вере. Бог — не часть нашей души, но наша душа — часть Бога. Вот почему религия вечна, а церковь преходяща, как все плоды рук человеческих.