Восхищаясь протестом монахов-доминиканцев против колонистов, он присоединился к ордену и вскоре стал ведущим защитником местного населения. Обладая особой выносливостью и неиссякаемой энергией, он путешествовал вдоль побережья и островов. Наблюдал, протестовал, жаловался, организовывал, претерпевал выпады враждебности. Иногда ему угрожала такая же опасность от его соотечественников, как и от местного населения.

Лас Касас пересекал Атлантический океан четырнадцать раз, пытаясь добиться соответствующих законодательных мер от королевского правительства. Его ненавидели как колониальные власти, так и торговые дома, получавшие помощь от короны, которая всегда руководствовалась благими намерениями, редко оказывавшимися эффективными.

Он постоянно препятствовал и угрожал их делу утопическим идеализмом и частыми жалобами. Однако, несмотря на его досадные качества, несмотря на провал его стремления заботиться о привезенных в Америку африканских рабах (точно так же как Лас Касас беспокоился о своих индейцах), несмотря на его неловкость и неумение находить баланс интересов, он оставался одним из самых примечательных людей периода Реформации.

Существуют периоды в христианской истории, когда оказывалось необходимым быть неумеренным, если речь шла о справедливости. Более сорока лет Лас Касас напоминал испанцам всей силой своего голоса, что индейцы, его дети, оставались человеческими существами и должны восприниматься именно подобным образом.

Даже если его практические усилия часто и оказывались неэффективными, Лас Касасу удавалось все же заручиться поддержкой сначала кардинала Хименеса, а затем и самого императора Карла V. Лас Касас получил, в соответствии с «Новыми законами» 1542 года, гарантию того, что испанцы и индейцы уравнивались в правах.

Являлось ли моральное оправдание достаточным для обеления завоеваний в Америке? Противники Лас Касаса, такие как испанский теолог Сепульведа, выступали против. Папа Александр VI в булле 1493 года предоставил испанцам право сюзеренитета над американскими индейцами и призывал обращать индейцев в католическую веру, подчеркивая при этом, что все средства хороши.

Трудно представить, что индейцев полагалось обращать до тех пор, пока те не подчинятся правлению испанцев и устроенному для них правительству. Индейцы были отсталыми людьми, с низким интеллектом и в некотором отношении ближе к животным, чем к людям.

«Испанцы, — писал Сепульведа, — намного превосходят индейцев, точно так же как и человек возвышается над обезьяной». Они виновны в крупных преступлениях, таких как жертвоприношения людей, идолопоклонство и содомия. В обязанности каждого горожанина входит подавление преступления, если он сталкивается с ним, и он сможет остановить его. Точно так же и испанец должен остановить подобное варварство, поэтому завоевательная война и является справедливой.