Испанцы, даже идеалисты, полагали, что индейцы по отношению к белым всего лишь дети, поэтому приняли политику наставничества. Миссионеры любили людей в племенах, где проповедовали, но иногда вели себя как родители-собственники, не допускавшие никаких компромиссов. Поэтому им было трудно даже представить, что индеец когда-либо станет, например, священником.

В Мексике некоторые прогрессивные миссионеры, направлявшиеся францисканцами и епископом Хуаном де Сумаррагой (Цумаррагой), решили устроить местное духовенство. В начале 1536 года они основали колледж в пригороде города Мехико, куда принимали только индейцев, намереваясь воспитать из них священников. В колледже действительно учились мексиканские индейцы, но ни один из них не стал священником.

Испанское духовенство воспринимало идею мексиканских священников как противоречившую их представлениям. Доминиканцы возненавидели колледж, и он постепенно пришел в упадок, чтобы быть эффективно подавленным в конце столетия.

Возможно, первым мексиканцем-индейцем, которого ввели в сан священника, стал Николас дель Пуэрто, ставший епископом Оаксаки в 1679 году. То есть достаточно поздно. Первые индейские священники в Чили были посвящены в 1794 году, в Парагвае после 1768 года, на Филиппинах после 1725 года. В течение почти всего колониального периода в Америке почти не было местного духовенства.

УТРАТЫ

Американские индейцы оставались людьми не всегда способными принять новых, белых американцев на равных. Существовали трудности завоевателей, связанные с созданием христианской политики народов совершенно разных рас. Сложности взаимоотношений поселенцев и аборигенов стали ростком извращенного, принудительного опыта католического духовенства в поздних индейских резервациях в Соединенных Штатах или автономиях внутри различных современных государств.

Попытка Лас Касаса создать модель многорасового поселения на островах закончилась войной между индейцами и испанцами. Постепенно она становилась политикой, особенно принятой среди францисканцев и августинцев, организовывавших индейские христианские деревни, где могли бы учить детей, а люди были защищены от других индейцев и от колонистов. Вскоре подобную методику приняли и иезуиты в Бразилии.

Ее недостаток заключался в том, что монахи и священники становились ответственными за все управление. Им приходилось выполнять функции магистратов, распоряжаться по поводу порок, быть казначеями, иногда даже руководить местными силами охраны.

Моральные богословы из Манилы на Филиппинах в 1630 году должны были установить, может ли священник миссии, как глава своего сообщества, организовывать отпор при нападении. Ответ, конечно, дали положительный, расценив этот поступок как законное средство самозащиты.