В 1551 году собрание прихожан вознамерилось продать колокола и часть церковных блюд, чтобы купить дома, находившиеся около церкви, для кюре и его помощника. Однако часть конгрегации высказала несогласие по поводу продажи колоколов, поэтому с собиранием денег для покупки домов возникли трудности. Они продолжали спорить с арендатором, когда прибыла королевская комиссия и присвоила деньги «в пользу короля», а в обмен дала приходу квитанцию и заверение, что «деньги помещены в надежные руки».

Спустя два года на трон взошла королева Мария, и приходское управление стало закупать подсвечники, кресты, потиры, антиминсы, свечи, ладан, книги для мессы. Хотя жертвователь и дал одеяния, цены показывают, что новые одеяния уступали старым по качеству.

Средневековая церковь оказалась слишком богатой для процветания церкви или государства. На первый взгляд, наше положение кажется слишком общим и абстрактным. Но если обратиться к частностям, то окажется следующее. Любой, кто посмотрит на приход Святого Ботольфа в связи с королевским рецептом изымания денег у тех, кто собирался покупать дома для кюре и его помощника, должен простить тех, кто это делал.

Деньги всегда связаны с властью, и церковь оказалась менее могущественной в 1600 году, чем в 1500-м. Если ее моральная власть после реформ возросла, то политическая власть уменьшилась. Некоторые идеалисты могли подумать, что уменьшение политической власти необходимо для повышения морального авторитета. Подобные средневековые мыслители, которые приписывали грехи церкви ее устройству при Константине Великом, видели источник всех зол христианского мира в деньгах. Однако они вряд ли были бы довольны, если бы смогли увидеть последствия Реформации.

БЛАГОЧЕСТИЕ ПРАВИТЕЛЕЙ

И ХРИСТИАНСКОЕ ВЕРОУЧЕНИЕ

Вероучение, согласно которому короли правили благодаря божественному праву, стало общим основанием для любого использовавшего Библию. Широко обсуждалось, насколько далеко горожане могли оказывать сопротивление и восставать и при каких условиях король терял поддержку своих подданных, если его правление оказывалось тираническим.

Более привычным оказывалось положение, что «несть власти аще не от Бога», то есть светская власть — всегда от Господа. Становилось общей основой (также принятой среди некоторых небольших групп, анабаптистов и браунистов), что правитель обязан нести своим подданным мораль и религию. Как и в Средние века, полагалось, чтобы он утверждал и отстаивал веру, защищал священников, противостоял безнравственным и еретикам.

Должен ли был тот, кто защищал правду и исправлял ошибки, определять, что истинно и что ложно? Никто не задумывался об этом до Хоббса в середине XVIII века, соглашаясь с тем, что существовала основа истины в мире, которую государство получило из Библии и от церкви.