Разрушения в Англии, кроме первых стихийных всплесков 1559 года и более последовательно сокрушительных во время Гражданской войны, воспринимались как случайности. Витражное стекло было слишком дорогим для ремонта. Витражи оставались на своих местах, пока не падали или не разбивались, и когда витраж требовалось починить, то недостающий кусок заполнялся простым стеклом.

Многое зависело от пастора, церковного старосты, сквайра и состоятельности прихода. В 1629 году произошел поразительный случай. Церковь Святого Эдмунда в Солсбери сохранила свои цветные витражи, на одном из них, поврежденном и сильно потрескавшемся, был изображен Бог Отец в виде маленького пожилого человека в красном и голубом одеянии, с сумкой.

На другом витраже Бога Отца изобразили создающим Солнце и Луну вместе с циркулем. На других он создавал различные растения, животных и человека. В последнем окне Бог в образе человека представал сидящим и отдыхающим в кресле. Обычно, когда члены конгрегации проходили мимо окна к своим местам, они кланялись изображению.

Однажды Генри Шерфилд, член парламента от Солсбери, увидел, как это делает женщина, и был шокирован. Тогда он выдвинул ходатайство на следующем собрании прихожан, чтобы окна заменили простыми стеклами. Хотя ходатайство поддержали, вмешался епископ, и ничего не сделали. Раздосадованный задержкой, Шерфилд завладел ключом, получив его от жены сторожа, забрался на сиденье и разбил стекло палкой, потеряв от удара равновесие. Тогда епископом был Лауд, и он приговорил Шерфилда к штрафу в 500 фунтов стерлингов. Похожие, но подвергшиеся осуждению вспышки происходили не раз, пока Лауд продолжал управлять епархией.

Что касается остального, то искусство было подобно музыке, «приобретшей светский характер» в Европе во время Реформации, но вовсе не потому, что художники стали более добродетельными, чем раньше (обычно бывало наоборот). Скорее потому, что церкви перестали покровительствовать и выступать в качестве заказчиков для художников, которым теперь приходилось работать, украшая дома богатых мирян.

Заключение

Заключение

Христианский мир сожалел, что знать, как мирская, так и духовная, богатела за счет неправедно нажитого состояния церкви. Когда богатства перестали принадлежать церкви, началось процветание светской знати. Если бы церковь не препятствовала реформам, то она, по крайней мере, сохранила бы значительные богатства.

Критики в период Ренессанса болезненно осознавали разрыв между Библией и современной им церковью. Половина западной церкви избрала современную церковь как ключ к пониманию Библии, вторая выбрала Библию как судью современной церкви. Западный христианский мир разделился, надежда на единство растаяла.