833 Текст «Бардо Тхедол», с полным на то основанием охарактеризованный его издателем У. Эвансом-Венцем как «Тибетская Книга мертвых», первой своей публикацией в 1927 г. вызвал изрядную шумиху в англоязычных странах. Этот текст относится к тем сочинениям, которые интересны не только специалистам по буддизму махаяны[814]; благодаря своей глубокой человечности и еще более глубокому прозрению таинств человеческой души, такие сочинения привлекательны и для профанов, жаждущих расширить свое понимание жизни. Со времени выхода в свет эта книга стала, если можно так выразиться, моим постоянным спутником, и я обязан ей многими подсказками и открытиями, а также ряду важнейших прозрений. В отличие от «Египетской Книги мертвых», о которой либо высказываются крайне сдержанно, либо говорят очень много, «Бардо Тхедол» предлагает читателю доступную для человека философию, обращенную именно к человеку, а не к божествам или дикарям. Эта философия является квинтэссенцией буддийской психологической критики и обладает в качестве таковой неоспоримым превосходством. Не только «гневные», но и «мирные» божества мыслятся как проекции в сансару человеческой души; эта мысль кажется просвещенному европейцу само собой понятной лишь потому, что напоминает о его собственных банализирующих упрощениях. Однако тот же европеец, усматривая в этих божествах проекции, вряд ли сумел бы воспринимать их как реальные силы. Зато книга «Бардо Тхедол» на это способна, она в некоторых своих важнейших метафизических посылках равно оставляет позади как просвещенных, так и непросвещенных европейцев. Эта книга исходит из молчаливого допущения об антиномическом характере любых метафизических высказываний и подразумевает качественные различия между ступенями сознания и метафизическими реальностями, им соответствующими. Величественная двойственность составляет опору этой необычной книги. Наверное, западному философу такой подход покажется спорным, поскольку Запад предпочитает ясность и однозначность; вдобавок одни отстаивают утверждение, что «бог есть», а другие столь же истово уверяют, будто «бога нет». Любопытно, как повели бы себя эти враждующие собратья с таким, например, положением: «Когда поймешь, что пустота твоего ума есть Состояние Будды и что Состояние Будды есть твое собственное сознание, ты сольешься с божественным умом Будды»?

834 Боюсь, что подобные высказывания не встретят сочувствия ни у нашей западной философии, ни у нашего богословия. В этом отношении книга «Бардо Тхедол» в высшей степени психологична, а наши философия и богословие все еще пребывают на средневековой, допсихологической стадии развития, где принято выслушивать, пояснять, защищать, критиковать и обосновывать лишь те высказывания, которые исходят от инстанции, единодушно выводимой за рамки обсуждения.