Встречались дела и явно «уголовного» характера. В январе того же 1924 года Архиерейским Синодом был рассмотрен рапорт настоятеля монастыря св. Кирика в Болгарии епископа Царицынского Дамиана с донесением об уходе из названного монастыря послушника Феодора Магеры, который унес с собой монастырские деньги и вещи, а также о самовольном уходе из этого же монастыря архидиакона Евфимия. Синод предписал владыке уведомить об этих фактах священноначалие Болгарской Церкви[816].

В октябре 1924 года Копенгагенский Приходской Совет призывал епископа Антония, бывшего настоятеля Копенгагенской церкви, вернуть «излишне полученные им церковные суммы», а также вернуть мантию и омофор, полученные владыкой из ситхинского кафедрального собора. Решение Синода гласило:

1. В виду мотивов, изложенных в объяснении, данных Преосвященным Епископом Антонием и заключения Синодального Члена Преосвященного Епископа Гермогена признать таковое объяснение удовлетворительным и Преосвященного Епископа Антония свободным от обязательства возврата полученного им жалования за время с 6 ноября по 31 декабря 1921 года по должности Настоятеля русской православной Церкви в Копенгагене. 2. Заявление Преосвященного Епископа Антония о возвращении им в Ситхинский Кафедральный Собор мантии и омофора принять к сведению…[817]

1. В виду мотивов, изложенных в объяснении, данных Преосвященным Епископом Антонием и заключения Синодального Члена Преосвященного Епископа Гермогена признать таковое объяснение удовлетворительным и Преосвященного Епископа Антония свободным от обязательства возврата полученного им жалования за время с 6 ноября по 31 декабря 1921 года по должности Настоятеля русской православной Церкви в Копенгагене.

2. Заявление Преосвященного Епископа Антония о возвращении им в Ситхинский Кафедральный Собор мантии и омофора принять к сведению…[817]

Епископом Серафимом была наложена епитимия на князя Лобанова-Ростовского. В связи с этим в канцелярию Синода поступили письма: 1) Епископа Лубенскаго Серафима – Управляющего русскими православными общинами в Болгарии, 2) Старшей сестры Братства при русской церкви в Софии Е. Шуруповой, 3) представителя в Болгарии Совещания Российских Послов Б. Серафима, 4) профессора П. Богаевского, 5) старосты храма Н. Шурупова, 6) генерал-майора А. Соловьева, члена Русского Всезаграничного Церковного Собора, а также отзыв Софийского митрополита Стефана. В свою очередь от епископа Серафима Архиерейский Синод по содержанию жалоб князя Лобанова-Ростовского потребовал дать объяснения[818]. На одном из следующих очередных заседаний вновь было рассмотрено дело о наложении Управляющим русскими православными общинами в Болгарии, епископом Серафимом на князя Лобанова-Ростовского церковной епитимии, выражавшейся в запрещение тому причащаться Святых Тайн. Перед вынесением на рассмотрение Синода дело было направлено на экспертную оценку члену Синода, епископу Гавриилу[819]. Позже в своем рапорте епископ Серафим докладывал о состоявшемся его примирении с князем И. Н. Лобановым-Ростовским, а также и о разрешении последнему причащаться Св. Тайн[820].