Хотелось бы привести здесь слова двух авторитетных ученых. Первый, уже упоминавшийся профессор института Николай Михайлович Зернов, говорил:

С годами институт вырос в главный научный и духовный центр Русской Церкви и стал важнейшей точкой соприкосновения восточного православия и западного христианства[1058].

С годами институт вырос в главный научный и духовный центр Русской Церкви и стал важнейшей точкой соприкосновения восточного православия и западного христианства[1058].

А по мнению современного французского филолога Антуана Нивьера, «активное участие преподавателей и выпускников института в самых разных областях творческой жизни» позволило Свято-Сергиевскому Православному Богословскому институту стать настоящим духовным центром русской эмиграции[1059].

Между тем, экономическая сторона существования Богословского института никогда не была блестящей и всецело зависела от благотворительности. Институт поддерживали англичане, американцы, что могла жертвовала русская эмиграция. Первые годы своего существования Институт мог беспрепятственно развиваться: щедро помогали иностранцы. Но уже с 1931 г. начались перебои. Эмиграция обеднела, американцы не жертвовали и половины прежней суммы. И только англичане свою дотацию еще не уменьшили. Жалованье профессоров было сокращено до минимума. Но в последующие годы студенты сами пришли институту на помощь. Институтский хор под управлением И. К. Денисова объехал Англию, Голландию и Швейцарию, всюду давая концерты. Прекрасное исполнение древних песнопений, старинные распевы привлекали много слушателей, и студенты заработали за эти годы в пользу института 50 тыс. франков.

Владыка Евлогий с сожалением констатировал:

Немало нашему Богословскому институту вредят Карловцы, стараясь подорвать к нам доверие как среди русских, так и среди иностранцев[1060]. Финансовая зависимость от YMCA давала повод некоторым эмигрантам, главным образом тем, кто находился в юрисдикции Карловацкого Синода, обвинять Богословский институт в связях с масонством, – пишет исследователь[1061].

Немало нашему Богословскому институту вредят Карловцы, стараясь подорвать к нам доверие как среди русских, так и среди иностранцев[1060].

Финансовая зависимость от YMCA давала повод некоторым эмигрантам, главным образом тем, кто находился в юрисдикции Карловацкого Синода, обвинять Богословский институт в связях с масонством, – пишет исследователь[1061].

Несмотря на позднейшие конфликты, первоначально отношения сторон были вполне дружественными, это был путь взаимодействия. В апреле 1926 года в поступившем обращении Съезда Бюро русского христианского студенческого движения в Западной Европе на имя Собора архиереев Русской Православной Церкви за границей была выражена преданность и просьба о духовном руководительстве этим движением[1062]. В июне Секретарь Русского Студенческого Христианского движения в Западной Европе докладывал о деятельности движения[1063].