В декабре преподаватели Софийской духовной семинарии Ст. Петков и Иоанн Виноградов прислали свои отзывы о Всемирном Христианском студенческом движении и Союзе Христианской молодежи, которые были переданы на рассмотрение члену Синода архиепископу Феофану для доклада Собору архиереев в связи с общим докладом об YMCA. Однако архиепископ Феофан увидел «зловредную деятельность» организации YMCA и требовал воспретить иерархам сотрудничество в прессе этой организации[1064].

Проблема единства движения обострилась после церковного раскола, который произошел на Карловацком Архиерейском Соборе в 1926 г. Раскол стал следствием острого конфликта между митрополитом Евлогием (Георгиевским) и большинством архиереев. Собор вынес осуждение движению и его миссионерской работе, что разрушило надежду многих его участников найти в церковных иерархах мудрых и ответственных пастырей и тем самым углубило расхождение между различными течениями в РСХД.

С момента зарождения РСХД довольно сильными были настроения за подчинение движения непосредственно епископам и преобразование его в Союз православных братств. В связи с этим, однако, вставал вопрос, сможет ли тогда движение сохранить свое единство. Это была главная проблема, которую обсуждали представители русских студенческих христианских кружков из Франции, Англии, Бельгии, Германии, Чехии, Сербии, Болгарии, Польши, Эстонии на IV общем съезде РСХД в сентябре 1926 г. в Бьервилле (Франция). Сторонники подчинения движения Церкви и преобразования его в Союз православных братств П. С. Лопухин и Н. А. Клепинин горячо защищали свою позицию. Они предлагали, чтобы каждый кружок «искал окормления у местного епископата», а движение в целом раз в год посылало бы отчеты о своей работе Зарубежному Синоду для информации. Они настаивали также на замене в названии движения слова «христианское» на «православное». В результате долгой дискуссии было достигнуто паллиативное решение: оставить прежнее название, дополнив его в скобках: «объединение православных братств и кружков»[1065].

С самого начала РСХД не подчинялось юрисдикции какого-либо патриарха, митрополита или епископа. Такая позиция вызывала недовольство Синода в Сремских Карловцах.

«Их непримиримость была вызвана также тем, что РСХД отказывалось от непосредственного контроля со стороны упомянутого Синода. В отличие от них, церковная иерархия и прежде всего митрополит Евлогий оказали движению поддержку и покровительство, согласившись с желанием видеть в церковном начальстве наставников, а не диктаторов»[1066], – пишет исследователь.