Оберегаемых от солнца также, как термиты оберегают обиталища свои,

Подавленный, среди толпы и топота, и шума, и вспышек тьмы,

Проследуя из мрака в более глубокий и опасный мрак,

Боролся Ашвапати с силами, что вырывают свет из разума,

530. И стряхивал с себя их липкие влияния.

Вошел тотчас он в мутное, лишенное оград, пространство.

Вот, все участки эти, населенные людьми, остались позади;

Он шел между далеких берегов слабеющего перед ночью вечера.

Вокруг него взрастали изможденная духовная незавершенность,

535. Грозная пустошь, губительное одиночество,

Что разум делали незащищенным от нападения незримого,

Пустой страницей, на которой каждый, кто хотел, мог начертать

Застывшие ужасные послания без всякого контроля.

Как пятнышко, блуждающее по ведущим вниз дорогам Сумрака,

540. Среди полей пустынных и хижин, и разбросанных лачуг,

Немногочисленных кривых и призрачных деревьев

Он ощутил сознательную пустоту и чувство смерти.

Но всё ещё невидимой была там Жизнь враждебная,

Чье равновесие, похожее на смерть, сопротивляясь истине и свету,

545. Живое сделало унылой брешью в пустом ничто.