Как подступает море к жертве, связанной и неподвижной,

Так точно подступала к Ашвапати безжалостная вечность

Нечеловеческой, невыносимой боли:

Об этом приближеньи просигналил его всегда безмолвный разум.

590. Он должен это вытерпеть, хоть отдалилась на небеса надежда;

Он должен существовать всегда без угасания в покое мертвом,

В страдающем неспешно Времени в терзаемом Пространстве,

В мучительном ничто вечного состояния его.

Безжизненная пустота была сейчас его питающею грудью,

595. А там, где некогда была сверкающая мысль,

Остались лишь неспособность ощутить и веру, и надежду,

Похожая на бледный, неподвижный призрак,

И страшное признание того, что ныне душа повержена -

Она еще бессмертна, но потеряла и божественность свою,

600. И «Я», и Бога, и те прикосновение миров, которые счастливей этого.

Но он всё претерпел, утихомирил напрасный ужас и вынес

Все удушающие кольца страдания и страха;

Затем вернулось и спокойствие, и полновластный взгляд души.

Пустому ужасу ответил спокойный Свет:

605. В нём Божество проснулось могучее, безмолвное,