Раннее мировоззрение татар находит отражение также в формах и орнаментах надмогильных камней (кэбер ташы). Верхний край камня, как правило, закруглялся в виде небесного свода, а ниже обрамлялась розетка, символизирующая солнце. Такая форма кэбер ташы, характеризующая определенный тип мировоззрения, также перешла в мусульманство из языческого периода.

Надмогильный камень, древнее захоронение около с. Кикино Каменского района

Гадания, приметы и поверья

Гадания, приметы и поверья

Вера в сверхъестественные существа (анимизм) в татарской языческой мифологии сохранилась во множестве ритуалах верованиях и культах. Посредством этих обрядов можно было умилостивить и даже побеждать враждебных им баснословных существ, а также избавиться от несчастья, вновь приобрести здоровье, навести порчу и др. В этой же цепочке характерным является появление покойников во сне. Тогда увидевший такой сон обращался к мулле с просьбой почитать молитвы на могиле умершего, чтобы душа покойника не беспокоила живых. Как мы уже отметили, татары стараются похоронить умершего как можно быстрее, и чтобы обезопасить живых людей от покойника, закрывают умершему человеку глаза, выставляют у трупа ночное дежурство. По этой же причине сразу после выноса тела женщины-татарки окуривают избу, стирают вещи умершего, моют дом и предметы. А люди, вернувшиеся с кладбища, по возможности стараются идти в баню. Раньше в щели дома вкладывали металлические обломки (корочь кыстыралар), подвешивали под крышу дома монеты в мешочках.

В верованиях татар-мишарей олицетворялись некоторые болезни, которые имели своих духов (ияле авыру). Считалось, что они могут быть излечимы только жертвоприношениями хозяину болезни. Оспа представлялась в виде существа (чечек иясе). Для умилостивления приносили в жертву петуха, или варили жертвенную кашу, приглашали знахаря (имче), которому дарили красный ситец. Грыжу представляли злым существом с когтистыми лапами. Боли объяснялись тем, что злой дух грызет внутренние органы человека. Для лечения, на оголенный живот больного сажали живую мышь. При этом один из присутствовавших спрашивал другого: «Что грызешь?», а тот отвечал: «Грыжу грызу». После троекратного повтора, знахарь произносил: «Айкон котыла, син да котыл!» («Луна и солнце избавляются (от нечистых сил во время затмения) и ты избавься!»). Для излечения оспы у детей давали белую утку или белого гуся как подаяние бедняку, а потом, когда дитя начинал выздоравливать, варили кашу, которая и называлась чячяк-буткасы («оспенная каша»). Это обряд также практиковался для умилостивления чечек-иясе.