Р. Г. Мухамедова пишет в своей книге «Татары-мишари», что по представлениям татар-мишарей пэри могут сделать человека сумасшедшим. Единственным способом излечения такого больного могло быть лишь жертвоприношение этому духу. Для этого бралась черная курица, которая закапывалась на перекрестке трех дорог. При этом произносилось заклинание: «Кайдан килден, ары кит, имен-томын шул булсын. Мин сезге келяу бирем, сез мина саулык бирегез, тагы-тагы сорамагыз» («Откуда пришел, туда иди обратно, пусть это лечение принесет пользу. Я вам делаю жертвоприношение, а вы верните мне здоровье, больше ничего не просите».

К наиболее широкому и устойчивому верованию мишарей относилась вера в злобное и враждебное к человеку существо, называемое аздяка (урьмэ).

«Урьмэ, урьмэ, минэ курьмэ. Мунчадагы пирне кюрь»

(«Урьмэ, урьмэ, меня не замечай, а увидь черта в бане»).

Такими словами мы, дети, помнится, заговаривали аздяку, увидев приближающийся пыльный вихрь (урьмэ). Но по поверьям татар-мишарей аздяка считается огненным змеем, который, надо сказать, также имел сексуальную основу. У казанских же татар аздяка и аждаха – это одно и то же существо. Считалось, что этот огненный змей мог пробраться в дом одинокой женщины и сожительствовать с ней, приняв образ ее мужа. Лишь выстрелив из ружья можно было прогнать эту сущность. Именно поэтому переезд невесты в дом жениха всегда сопровождался выстрелами из ружей, которые по поверьям отпугивали и других злых духов.

Вера в бессмертие души человека укоренилась у татар-мишарей еще с давней поры, с глубокого языческого периода. Наиболее древним мифическим доисламским представлением о душе считается орек (ойрэк), душа «нечистых» покойников (самоубийц). По этому поверью, душа самоубийц не всегда возвращается вновь и своему хозяину для продолжения загробной жизни, а часто выходит из могилы и бродит на земле в виде ойрэк, который представляется в образе человека в белом. При жизни деятельностью и мышлением колдуна управляет убыр. Отсюда и татарское название колдуна – убырлы карчык. Эти души «нечистых» покойников, по поверьям татар-мишарей, причиняли людям вред: сбивали с пути запоздавших путников, насылали на людей болезни, пили кровь скота и т. д. Обычно таких покойников хоронили в дальнем углу кладбища. Нарушение этого правила грозило жителям этого села стихийным бедствием, в частности засухой.

Такая форма верования татар, основанная на поклонении душам или духам умерших предков, создала целый культ предков. Умершие предки считались покровителями семей и рода. Они постоянно присутствуют среди живых и оказывают воздействие на повседневную жизнь. Эти традиции обязывали всех тюрков и татар в частности знать свою родословную до седьмого поколения. Древние тюрки имели немного иной культ предков, а именно – героев, перешедший затем у мусульман в культ святых. Им ставили каменные памятники. Татары верили, что смерти нет, а есть круговорот жизни человека. Эта вера связана с обожествлением природы. Они считали, что человек рождается не по своей воле, а по воле бога Тенгри, и умирает также не по своей воле. Поэтому тюрки смерти физического тела не боялись, поскольку все это лишь продолжение жизни. Жизнь из одного качества переходит в другое. С отречением тюркских ханств от тенгрианства, практически прекратились моления у каменных памятников, хотя пережитки этого верования еще сохранились. Например, обычай у татар не передавать через порог возник из-за того, что в древности под порогом хоронили предков.