Сосновоборский краевед В. Щапов приводит следующий фрагмент документа об образовании с. Индерки: «Здесь, в тогдашнем Пензенском уезде, 1685 г., мая 17 дня, была дана на Труевской поляне из порозжих и диких земель в поместье земля служилым мурзам и татарам Саранского, Темниковского и Алаторского уездов мурзе Уразмамету Тепееву с товарищи 39 человеком по 50 четв. в поле, а в дву потому ж, да сенных покосов по 200 копен и, кроме того, Ибрагиму мурзе Богданову с товарищи 24 человеком по 25 четвертей и сенных покосов по 100 копен. А межи и урочища той земли были: почин от реки Суры от устья реки Труево вверх идучи до бору и через бор по обе стороны до болота и через болото до устья реки Амелея… А строевой и дровяной лес ездить им, мурзам и татарам, в Сурский большой лес по обе стороны Суры реки. И на той своей поместной земле они, Уразмамет с товарищи, построились дворами (деревня Усть-Индерка, Труевская поляна тож) и многую землю распахали и с 1685 г. владели без споров до 1688 г., т. е. пока в 1688 г., октября 8 дня не было основано село Русское Труево, Богоявленское тож…»

Первыми поселенцами, как мы видим, были служилые и ясашные инородцы, а именно татары, мордва и небольшое число чуваш, которые получали земли за сторожевую службу. Некоторые из них получали здесь земли уже в виде прибавки к своим старым поместьям в Темниковском, Саранском и Симбирском уездах. В первой трети XVIII в. татарские селения распространились на всю территорию Кузнецкого, Сосновоборского, Неверкинского и Лопатинского районов.

Еще из энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона мы узнаем, что «… в деревне Индерка (Усманка, Труевская поляна, Саратовской губернии Кузнецкого уезда при р. Суре) численность 429 дворов, около 3000 жителей татар, занимавшихся сплавом леса, 5 мечетей, школа, 5 лавок, шерстомойня, еженедельные базары».

Но после замены сторожевой службы на лашманскую повинность по заготовке корабельного леса, которая здесь продолжалась до 1825 г., и невыносимые суммы всяческих налогов и поборов вынуждало первопоселенцев бежать дальше, преимущественно в восточном и южном направлении – на Дон, в Азов, или же – в дремучие засурские и кададинские леса. Изнурительная работа в лесах стала сильным ударом для большинства служилых татар, а после издания в 1724 г. закона о подушном обложении добавочным налогом татарские мурзы и служилые князья оказались в числе государственных крестьян, потеряв свой прежний высокий статус и привилегии. Позднее, потомки татарских служилых князей и мурз в 1767 г. требовали от властей не равнять служилых с ясачными, дать им широкие права для торговли, свободу вероисповедания и т. д.[112]