Следующей частью последнего видения Даниила, занимающей в нем центральное место, является описание правления Антиоха Епифана, организованных им преследований иудеев и ожидаемой автором книги Даниила гибели нечестивого царя. Он описывает воцарение Антиоха, произошедшее с нарушением династических правил, его походы против Египта и совершенное им осквернение Храма. Автор книги Даниила приписывает Антиоху такие черты как коварство и лицемерие (Дан 11, 21; 11, 27; 11, 32), необычайно агрессивные и масштабные планы (Дан 11, 24), склонность к гневу и ярости (Дан 11, 44), крайнюю алчность и воинственность (Дан 11, 38). При рассмотрении изображения Антиоха Епифана возникает принципиальный вопрос – описывал ли автор действия или черты характера исторического Антиоха или использовал некоторый типичный портрет «нечестивого царя», все действия и мотивы которого далее изображались таким образом, чтобы соответствовать уже известному сценарию? Так, приписываемое Антиоху в книге Даниила богохульство и непочитание богов, «безбожие», было серьезным преступлением в глазах людей Древнего мира и часто использовалось в политической борьбе как достаточно распространенное обвинение. С. Вейцман указывает, что полемические обвинения тех или царей в непочитании богов были типичной чертой вавилонской литературы и предполагает, что эта традиция могла быть заимствована евреями и отразиться в описании Антиоха[722]. Приводимые им примеры, однако, выглядят недостаточно убедительными – во всех приведенных описаниях речь обычно идет о злоупотреблении храмовыми ценностями или тех или иных культовых нарушениях, но не о тотальной враждебности того или иного царя по отношению к богам и храмам.

Гораздо более близкую аналогию представляет собой египетская традиция, повествующая о завоевателе Египта, персидском царе Камбисе[723]. Она дошла до нас в изложении Геродота, который описывает Камбиса как нарушителя всех возможных религиозных законов, преступника и безумца. Он приказывает осквернить гробницы фараонов и глумится над их мумиями; в нарушение персидского религиозного запрета сжигает мумию фараона Амасиса; вопреки персидскому обычаю женится на своей сестре, а затем приказывает казнить ее; приказывает убивать египтян, празднующих появление нового священного быка Аписа, и смертельно ранит самого Аписа мечом. В наказание за эти злодеяния Камбис впадает в окончательное безумие и умирает по дороге в Персию в сирийском городе Ак-батаны, случайно поранив себя мечом в то же самое место, в которое был ранен Апис. Все это описание очень напоминает рассказ книги Даниила об Антиохе: осквернение иерусалимского Храма, хуление Всевышнего, непочитание им даже собственных «отеческих богов» (Дан 11, 37). Еще более интересны конкретные эпизоды, роднящие рассказ об Антиохе и Камбисе. Во-первых, это начало его богохульств и массовых репрессий после неудачного военного похода (Камбиса – против Эфиопии, Антиоха – против Египта). Эта параллель, впрочем, может быть и случайным совпадением. Гораздо убедительнее выглядят параллели, которые относятся к неисполнившимся предсказаниям автора книги Даниила. Согласно им, Антиох должен завоевать Египет, Ливию и Эфиопию – именно те страны, которые захватил или пытался захватить Камбис. Затем под влиянием тревожных слухов «с востока и севера» он отправится обратно – что соответствует рассказу Геродота о том, что Камбис покинул Египет, узнав о появлении в Персии самозванца, претендующего на трон. Конец должен настигнуть Антиоха по дороге, вблизи оскверненного им Храма, – точно так же, как Камбис умирает по дороге на родину, наказанный за убийство священного быка Аписа.