Стоя рядом с первыми учениками возле пустой гробницы, мы понимаем, что Человек, который был в ней погребен, не мог быть простым смертным. Мы обнаруживаем, что Он праздновал триумф там, где остальные потерпели неудачу, одержал победу там, где другие были вынуждены признать свое поражение.

Стоя в присутствии Христа, мы видим смерть такой, какая она есть: пугающим врагом, власть которого была сокрушена. Заглядывая в Его опустевшую гробницу, мы становимся свидетелями того, что смерть побеждена и лишена своей силы. Давайте же пройдем вместе по древним тропам, ведущим нас в вечную жизнь.

ГЛАВА 1 СО СТРАХОМ ПОКОНЧЕНО

ГЛАВА 1

СО СТРАХОМ ПОКОНЧЕНО

«Они везут своих покойников, словно триумфаторов!»

Именно так говорили язычники о христианах, когда Римскую империю захлестнула волна эпидемий. Император Марк Аврелий, говоря о курсирующих по улицам римских городов караванах повозок, наполненных мертвыми телами, выделил именно христиан. Они отличались от всего окружающего мира. Некоторые историки уверены: если бы не эти массовые эпидемии, давшие возможность продемонстрировать триумф христианской веры, то христианство могло бы и не стать доминирующей религией Рима.

Будь вы язычником, и ваш город постигла бы какая-нибудь эпидемия, уничтожив треть населения, то вам пришлось бы признаться в полном неведении о смысле подобных ужасов. Вы бы просто спасались бегством, пытаясь любой ценой сохранить себе жизнь. В случае же смерти ваших родственников, вы похоронили бы их без малейшей уверенности в том, что однажды вновь воссоединитесь с ними.

Однако верующие воспринимали подобные трагедии иначе. Уильям Макнейл пишет о первых христианах: «Даже изнуренный остаток выживших, которым каким-то образом удалось преодолеть войну или эпидемию (или то и другое вместе), мог обрести реальное сердечное исцеление и утешение, взирая на образ небесного бытия ушедших родных и друзей… Таким образом, христианство было системой представлений и убеждений, идеально приспособленной к временам невзгод, которые характеризовались повсеместными лишениями, болезнями и насильственной смертью».[1]

«Система представлений и убеждений, идеально приспособленная к временам невзгод»! Христиане не только принимали смерть своих друзей с оттенком триумфа, но и были согласны рисковать собственной жизнью, чтобы помочь другим. Епископ Карфагена Киприан встретил большую эпидемию своего времени чуть ли не с радостью. В одном из трудов, датированном 251 г.н.э., он заявляет, что страшиться чего-либо во время чумы – удел нехристиан.