Бабст улыбнулся, кажется, поняв затруднения ученика и терпеливо объяснил.

— С отходами от молотьбы: шелухой, обломками колосьев, обрывками стеблей, остьями.

— Остьями?

Слово было смутно знакомо, но Саша, на всякий случай, решил уточнить значение.

— Это острые усы колосьев, — пояснил Бабст.

— А это безопасно?

— Не всегда. Бывает, что и скотина дохнет от такого корма.

— Я действительно многого не знаю, — признался Саша. — Мне в прошлом году генерал Гогель объяснял, что такое овин и гумно. У меня даже где-то записано.

Хлеб с подобными добавками ассоциировался у Саши с блокадой Ленинграда.

— Они всегда такой хлеб едят или только в голодные годы? — спросил он.

— Кто победнее — всегда.

— Ох! — сказал Саша. — Признаться, 1,5 фунта мяса в день, которые есть английский поденщик показались мне не совсем реалистичными. Я, по-моему, столько не ем.

— Может себе позволить, — объяснил Бабст. — Поденщик получает около 18 шиллингов в неделю. В одном шиллинге 12 пенсов. А мясо стоит 6 пенсов за фунт.

Саша прикинул. Получалось примерно 30 пенсов в день. Хватит на мясо и еще останется.

— Понятно, — кивнул Саша. — Все равно это детали. Ест полтора фунта или может себе позволить.

Саша вставил лист в печатную машинку и напечатал: «Лекция по экономике Ивана Кондратьевича Бабста. Номер один. Налоги». И изложил всё про крестьянский хлеб с мякиной и доходы лондонского поденщика.

Профессор с начала урока с любопытством смотрел на агрегат, а теперь глядя, как летают над ним Сашины пальцы и стучат клавиши, не выдержал и спросил:

— Что это, Александр Александрович?

— Печатная машинка.

— Можно посмотреть?