— Интересуют, — обнадёжил Дмитрий Иванович. — Растворимость газов в зависимости от давления.

— Я думаю, что константу, которая в моём выводе, вполне возможно посчитать, и тогда это будет открытие мирового уровня. Как начет совместной публикации? Если конечно гипотеза подтвердится.

— Хорошо, если будет время. А где вы читали про Авогадро, Александр Александрович?

— Честно говоря, я видел его закон во сне, но мои сны обычно сбываются.

— Наслышан, — сказал Менделеев.

— Может и Авогадро найдётся? Сообщество ученых ведь довольно тесное, может слышал кто-нибудь? Он, кажется, из Турина.

— Поспрашиваю, — пообещал Менделеев. — Теперь о ваших вопросах.

— На один вы уже ответили. То есть в настоящее время считается, что воздух состоит из кислорода и азота?

— Да. Вы видели во сне ещё что-то?

— Видел, не смейтесь, — улыбнулся Саша. — Тяжёлый газ, который светиться красивым фиолетовым светом, если пропустить через него электрический ток. И лёгкий газ, который светится красным.

— Любопытно, — проговорил Дмитрий Иванович.

— И оба газа не окисляются. И вообще ни с чем не реагируют, кроме фтора. Фтор известен?

— Да, но не в свободном виде. Только в составе других веществ. Например, плавиковой кислоты.

— Только не связывайтесь с фтором, Дмитрий Иванович, — предостерёг Саша. — Это ещё хуже, чем хлор.

— А вам не приснилось, как получать эти чудесные вещества?

— Они испаряются неодновременно.

— То есть это не постоянные газы? — спросил Менделеев.

— Постоянные газы?

— Когда Фарадей ставил эксперименты по сжижению газов, он обнаружил, что некоторые из них не удаётся перевести в жидкости ни при каких давлениях. Их всего шесть. Это кислород, азот, водород, диоксид азота, угарный газ и метан.

— Чертовски интересно! — воскликнул Саша. — А при какой температуре их сжижали?