– Счастливого Рождества, шериф! – откликнулась семидесятилетняя старушка, дежурившая сегодня добровольно.– Можно вас на секунду?

– Конечно, мэм.– Джентри повернулся спиной к открывшейся двери лифта и подошел к стойке. На дежурной был пастельно-зеленый халат, который совсем не гармонировал с темной зеленью пластиковых сосновых ветвей на ее столе. Там же лежали два прочитанных и отложенных дамских романа.– Чем могу служить, миз Хауэлл?

Старушка наклонилась вперед и сняла очки, которые повисли на цепочке с нанизанными на нее бусами.

– Я насчет той цветной женщины на четвертом, которую привезли прошлой ночью,– начала она взволнованным, почти заговорщицким шепотом.

– Да, мэм?

– Сестра Олеандер сказала, что вы сидели там всю ночь, вроде как охраняли ее… И что ваш помощник сменил вас утром, когда вам надо было уходить…

– Это Лестер,– пояснил Джентри, переложив пакет из одной руки в другую.– Мы с Лестером единственные в нашей конторе холостяки, поэтому обычно работаем по праздникам.

– Ну да.– Мисс Хауэлл была немного сбита с толку.– Но мы с сестрой Олеандер подумали… сейчас рождественское утро и все такое… Ну за что эту девушку арестовали? Я, конечно, понимаю, тут официальное дело, но правду говорят, что ее подозревают в связи с убийствами в «Мансарде»? И что ее пришлось доставить сюда силой?

Джентри улыбнулся и подался вперед.

– Миз Хауэлл, вы можете хранить тайну? – шепотом спросил он.

Дежурная снова нацепила очки на нос, сжала губы, выпрямилась и кивнула:

– Конечно, шериф.

– Тогда я вам скажу.– Он наклонился ниже.– Мисс Престон моя невеста. Ей это не очень нравится, поэтому мне приходится держать ее взаперти в подвале. Вчера я немного погулял с ребятами, а она попыталась в это время выбраться и убежать, так что мне пришлось всыпать ей разок. Вот Лестер и держит ее наверху под дулом пистолета, пока я не вернусь.

Входя в лифт, Джентри обернулся и подмигнул мисс Хауэлл. Она сидела, все так же выпрямившись, с открытым от изумления ртом.

Джентри постучал в дверь и заглянул в палату, где находилась Натали. Девушка подняла глаза.

– Доброе утро и счастливого Рождества! – Он прошествовал к столику на колесах и положил на него белый пакет.

– Счастливого Рождества,– ответила Натали хриплым шепотом, затем болезненно поморщилась и поднесла левую руку к горлу.

– Видели свои синяки? – спросил Джентри, наклоняясь, чтобы еще раз получше рассмотреть их.

– Да,– прошептала она.