Тент полностью заслонял заднее окно пикапа, так что ни Скит, ни его товарищ по приключению не могли без труда разглядеть машины, стоявшие позади. Они, конечно, могли просматривать улицу в свои зеркала заднего вида, но Ариман подозревал, что, поскольку они считали себя командой бесстрашных наблюдателей, то не могли даже подумать о том, что сами окажутся объектом слежки.

* * *

Сделанный по индивидуальному заказу компактный и очень плоский «кольт» скользнул под ремень джинсов Марти и расположился под поясницей намного лучше, чем она ожидала.

Едва она успела прикрыть его свитером и расправить твидовую куртку, как водительская дверь, издав громкий протестующий скрип искореженного металла, открылась. Мужской голос приказал им выходить.

Марти отчаянно хватала ртом пары бензина, ее легкие, казалось, разрывались от нехватки свежего воздуха. Она на животе проползла по потолку автомобиля к открытой двери и дальше, на воздух.

Мужчина схватил ее за левую руку, грубым рывком поднял на ноги, потащил куда-то за собой — она не успевала переставлять ноги, — а потом оттолкнул в сторону. Она зашаталась, не удержала равновесия и тяжело упала на жесткий песок.

Она не могла сразу же вытащить пистолет, потому что продолжала задыхаться и была полуслепа от слез. В горле больно жгло, во рту был такой сильный вяжущий привкус, что сводило челюсти. Ноздри горели, как обожженные: пары бензина заполнили ее лобные пазухи, они, казалось, разъедали череп под бровями, где теперь вспыхнула пульсирующая головная боль.

Она слышала, как Дасти вытащили из взятого напрокат автомобиля и швырнули на землю рядом с нею.

Они оба сидели прямо там, куда упали, и, дрожа, жадно глотали воздух. Они задыхались, кашляли, а их легкие судорожно выталкивали накопившуюся в них отраву, стараясь вернуться к нормальному состоянию.

В слезившихся глазах Марти все продолжало расплываться, но она все же могла разглядеть двоих мужчин. Один следил за ними; в руке у него, казалось, был пистолет. Второй ходил вокруг перевернутого автомобиля. Крупные люди. Темная одежда. И, похоже, никаких особых примет.

Она почувствовала едва ощутимое прикосновение к своему лицу. Еще, еще… Комары? Туча комаров? Но ведь зима. Нет, это не комары, а снег. Начался снегопад.

Дыхание у нее уже стало легче, хотя еще и не успело прийти в норму, слезы почти прекратились, когда ее схватили за волосы и снова поставили на ноги.

— Пошли, пошли! — нетерпеливо прорычал один из незнакомцев. — Если ты не пошевелишься, то я просто вышибу тебе мозги и оставлю валяться здесь.