Павлов поддержал опытного нотариуса:

— Это верно. Но так случается в последнее время слишком часто. Некоторые собственники даже платят деньги регистраторам, чтобы те просто сообщали о возможных претендентах и поданных заявках. Чтобы, не дай бог, не пропустить момент перерегистрации. То есть момент фактической кражи их собственности. Вот так и живут на пороховой бочке.

Вспомнив, что сигарет в сумочке нет и быть не может, Медянская принялась нервно кусать губы, а Павлов продолжал что-то набирать, а спустя не слишком уж долгое время покачал головой и обратился к нотариусу и Медянской:

— Что ж. Новости не утешительные, но и не смертельные. Извините! Все шесть фирм уже в стадии переоформления на различных людей и предприятия. Кто-то все уже поделил без вас, Виктория Станиславовна. И без вас, Олег Борисович. Этим мерзавцам нотариусы не нужны. Им нужны продажные исполнители в регистратуре. И все!

Медянская занервничала еще сильнее:

— Что же делать, Артем? К кому нам обратиться? Скажите же!

— Не волнуйтесь вы так, Виктория! Вы уже обратились по адресу. Я работаю. Только что я отправил в регистрационную службу заявление о том, чтобы перерегистрацию этих шести компаний приостановили.

Нотариус мгновенно заинтересовался:

— А чем обосновали?

Адвокат решительно захлопнул ноутбук:

— Вашим запросом. Так что, пожалуйста, поскорее отправьте его, Олег Борисович. Не подведите меня и мою клиентку.

Нотариус кивнул:

— О'кей! С этим мы разобрались. Сделаю все прямо сейчас. — Он захлопнул вторую папку и потянулся за третьей. — А вот здесь собраны все документы по деньгам Шлица. Номера банковских счетов, сберкнижки, договоры на депозиты.

Медянская, уже пытавшаяся понять, что делать с приходящими почтой предупреждениями, сосредоточилась.

— С этим надо разбираться. Запросы по всем банкам. И на это уйдет больше времени, чем на ваши «он-лайн» фокусы, господин Павлов.

Адвокат посмотрел нотариусу в глаза и кивнул:

— Согласен. И все же прошу вас поторопиться, Олег Борисович. Постарайтесь. Нам нельзя терять время.

Фильм

Фильм

Появление трупа Бессарабского лишь добавляло загадок, но, поскольку Иван уже никуда не убежит, Агушин убрал Бессарабского из розыска и предоставил заниматься трупом тем, кому положено этим заниматься, — рядовым следователям. Ему предстояла иная, куда как более интеллектуальная задача — думать.