— Расскажи о своих самых жутких страхах, Номер Четыре, — с настойчивостью в голосе повторила женщина.

Дженнифер изо всех сил пыталась придумать ответ.

— Пауки, — наконец выдавила она из себя. — Ненавижу пауков. Когда я была маленькой, меня укусил паук, лицо у меня распухло, и с тех пор…

— Пауки — всего лишь конкретные существа, с которыми связан твой страх. Но в чем именно этот страх состоит?

Дженнифер колебалась с ответом.

— Я очень боюсь оказаться запертой в комнате, полной пауков, — сказала она.

— О, я вполне могу тебе это устроить, Номер Четыре.

Дженнифер содрогнулась. Она нисколько не сомневалась, что женщина действительно может исполнить свою угрозу. Она подумала, что все ею пережитое до сих пор — цветочки в сравнении с тем, на что еще способна эта злыдня. А от мужчины можно ожидать и худшего.

— Чего ты прежде боялась больше всего на свете, Номер Четыре?

Тот же самый вопрос окончательно сбил Дженнифер с толку.

«Что я сказала не так?» — удивилась она.

Девушка хотела ответить, но слова будто застряли у нее в горле. Она закашлялась. В этот момент ей в голову пришла новая мысль:

— Больше всего я боялась, что никогда не смогу уехать из городишки, где я жила, и застряну в нем до конца жизни.

Женщина помолчала. Дженнифер показалось, что ее удивил такой ответ.

— Значит, ты, Номер Четыре, ненавидела свой дом?

Голова девочки слегка дрогнула, когда она отвечала на этот вопрос.

— Да.

— Что именно ты там ненавидела?

— Все.

Женщина продолжала допрос. Звук ее голоса отдавался у Дженнифер в голове, словно удары молота по наковальне. Вопрос за вопросом, — казалось, каждый из них наносит ее сердцу новую рану.