Мари напрягла память.
— Нет, по-моему. Он упомянул только об оружии.
— Ты абсолютно уверена?
— Да. Этого я не забыла бы.
— Согласна с тобой.
— Я тысячу раз прокручивала мысленно тот разговор, так что помню все до мелочей. А ты ничего не узнала нового?
— Узнала. Убийства в отеле «Лисбоа» в Макао, о котором вам рассказывал Мак-Эллистер, в действительности не было.
— Просто это происшествие тщательно скрывают: деньги банкира сделали свое дело.
— За те сведения, с которыми я только что познакомила тебя, мой верный человек заплатил кое-чем, что дороже денег. Ну а если конкретнее, то вожделенной подлинной печатью своего офиса, что позволит кое-кому получать солидную прибыль на протяжении многих лет.
— Кэтрин, но что все это значит?
— Это или самая топорно сработанная операция, о какой я когда-либо слышала, или хитроумный план заставить твоего мужа выполнять особые задания, на что он никогда бы не пошел добровольно. Я подозреваю, что мы имеем дело со вторым вариантом.
— Почему ты так думаешь?
— Сегодня днем в аэропорт Кай-Так прилетел некий политический деятель, который всегда был фигурой куда более видной, чем просто дипломат, — правда, об этом знали только мы, но не простые смертные. Естественно, о его визите заранее сообщалось во всех наших распечатках. Так вот, когда журналисты пытались взять у него интервью, он отказал им в этом, заявив, что прибыл сюда исключительно для того, чтобы провести отпуск в своем любимом Гонконге.
— И…
— Он ни разу в жизни не брал отпуска!
Мак-Эллистер выскочил в сад с его обвитыми вьющимися растениями шпалерами, рядами роз и прудами, декорированными по берегам Камнями. Хотя он спрятал досье «Тредстоун» в сейф, слова из него навечно засели в его мозгу.
Но где же они? И где этот китаец?
Да вот они! Сидят на двух бетонных скамейках под вишней. Лин слегка наклонился вперед. Судя по выражению его лица, он был очарован великолепием цветущего сада.
Мак-Эллистер, сгорая от нетерпения поделиться своим открытием, подбежал к дереву. Тяжело дыша, он уставился на майора из особого отдела МИ-6.