Потянувшись к телефону, Лин нажал на кнопку.

— Да, сэр? — раздался голос радиооператора из белой стерильной комнаты компьютерного центра связи особого отдела МИ-6.

— Кто сейчас на дежурстве из «Стрекозы»? — спросил Лин, имея в виду элитную группу из девяти агентов, докладывавших регулярно о своем местонахождении без каких-либо дополнительных разъяснений.

— Их двое, сэр: в машинах «три» и «семь». В течение нескольких минут я смог бы связаться и с остальными. Пять, мы проверили, находятся дома. Об остающихся двух тоже известно, кто где. Один до одиннадцати тридцати пробудет в кинотеатре «Пагода», после чего вернется к себе домой, но мы можем в любой момент вызвать его из кинозала клаксоном. Другой отправился в яхт-клуб в Абердине с женой и ее родней. Она — англичанка, вы знаете.

Лин улыбнулся:

— Не сомневаюсь, расходы английской семейки проделают основательную брешь в нашем и без того скромном бюджете, пополняемом за счет поступающих из Лондона средств.

— Неужели, майор? Если тем агентам, что входят в «Стрекозу», действительно дозволяется швыряться деньгами, то не возьмете ли вы и меня туда: авось сгожусь на что-нибудь?

— Не будьте нахалом!

— Извините, сэр…

— Шучу, молодой человек! На следующей неделе я угощу вас роскошным обедом. Вы отлично работаете! В общем, я доволен вами.

— Благодарю, сэр!

— Это я должен вас благодарить.

— Надо ли мне связываться со всей группой и поднимать ее по тревоге?

— Да, свяжитесь, пожалуйста, с каждым, хотя и с иной целью. Все они на протяжении нескольких недель работали с огромным напряжением сил и без выходных. Скажите им, что, по-прежнему докладывая мне о своих перемещениях, они могут следующие двадцать четыре часа предаваться отдыху, если только не поступит вдруг от нас какого-либо распоряжения другого толка. Агенты, дежурящие в машинах «три» и «семь», могут ехать домой, но в питейные заведения чтобы не заглядывали. Передайте, что я пожелал им отоспаться как следует и вообще провести это время по своему усмотрению.

— Слушаюсь, сэр! Их это вполне устроит.

— Сам я буду в машине «четыре». Возможно, я еще свяжусь с вами. Продолжайте так же добросовестно работать.

— Есть, майор!

— Вы и впрямь заслужили обед, молодой человек.

— Если позволите, сэр, — отозвался с энтузиазмом радист, — я скажу за всех нас: мы хотели бы работать только с вами.

— В таком случае вы, я думаю, заслуживаете не одного, а двух обедов.